— Что ей здесь нужно? — прорычала одна из карточных игроков, не поднимая глаз. Татуировка на её руке была не липовый лист, а змея, извивающаяся вокруг полумесяца.

— Пассажир, — коротко сказал Фаррин. — Она со мной.

Женщина пренебрежительно фыркнула и бросила одну карту в центр, снова погрузившись в игру. Фаррин достаточно близко наклонился к ней, чтобы Саммер почувствовала себя некомфортно.

— Не воспринимай это на личный счет, — шепнул он ей. — У нас, офицеров, узкий круг общения.

— Потому, что никто не должен узнать, что вы играете в карты точно так же, как все остальные?

Фаррин усмехнулся и схватил пузатую бутылку. В свете фонарей жидкость мерцала как красный драгоценный камень. Фаррин всунул в руку Саммер бокал и налил.

— Пожалуй, предлагаю выпить за море. — Он поднял бокал. — И за то, что мы оба скоро будем стоять на твердой земле.

— Пожалуй, я выпью за таинственный Север,— дополнила Саммер. — Страну, в которой запрещено мечтать.

— Неужели? Тогда должно быть, это другой Север, — сказал Фаррин, и сделал большой глоток. Саммер также поднесла бокал к губам. Она никак не могла понять, зависело ли это от холода или от того, что смерть ещё вчера была к ней настолько близка, но вино вдруг обрело вкус жизни — сладкое и игристое, нотки темных ягод и корицы, согревающий её горло жар. — Но ты всё ещё не рассказала мне, чего ты хочешь у нас на Севере? — снова спросил Фаррин.

— Причалить в Торьян и идти воевать. А ты? Ты несёшь ответственность на корабле за наемников?

По его виду, и тому, как он сморщил лоб, она поняла, что с ним не будет так легко отделаться от вопросов. «Будь осторожна», — предостерег её внутренний голос.

— Нет, с добровольцами я не имею ничего общего, — растянуто ответил Фаррин. — Наёмников доставляют к Меловой гавани, а оттуда в лагерь, где их обучают. Мы напротив, плаваем на корабле довольно давно. Мы — эскорт для делегации. Лорд Термес потребовал несколько сопровождающих.

Он качнул подбородком в направлении носовой части, и Саммер бросила взгляд туда. Она обнаруживала там двоих человек, которые стояли спиной к ним в передней части корабля. На них были одеты длинные плащи и натянутые на голову капюшоны, чтобы защититься от бокового ветра. Саммер предположила, что они вместе изучали какой—то план. «Вероятно, географическую карту?»

— Наверное, это очень важная делегация, если она должна так хорошо охраняться, — сказала она.

Он серьезно кивнул.

Саммер сделала ещё один поспешный глоток, чтобы хоть как—то нарушить наступившее молчание. Однако Фаррин всё также пристально смотрел на неё и ждал ответ на заданный вопрос. Теперь пути назад не было. «Сама виновата», — сердито подумала она. «Сейчас же нужно что-то придумать. Ну, это ещё был отличный шанс узнать кое-что о Севере». И, кроме того, даже, если она никогда в этом не признается, ей понравился Фаррин. В течение всего того времени, в которое она дни и ночи провела вместе с Анжеем, это было полезно для неё, хотя бы несколько минут побыть в покое и пообщаться с другими людьми. И на этот раз, не опасаясь его.

— Я... хочу пробыть на Севере всего пару недель. Я сопровождаю друга. В течение нескольких лет мы вместе работали сезонными рабочими в прибрежных городах. Он долго жил на юге и теперь, естественно, беспокоится о своей семье.

— А кто же нет, — пробормотал Фаррин. — Где живет его семья?

— Поблизости Меловой гавани, — неопределенно ответила она.