В этот момент погас свет. Разом наступила темнота. Смолкла курлыкавшая в углу магнитола. Тишина показалась нам оглушающей. Соседка сверху, — глухо, как из могилы, — крикнула мужу: „Миш, посмотри, пробки, что ль, перегорели?“ Я с облегчением перевел дух.

— Олег!

— М-м-м?

— Это внизу предохранитель выбило. У нас такое случается.

— Часто? — почему-то шепотом спросил Олег.

— Не очень, но случается. Дом-то старый. Долгожитель, можно сказать. На капремонт по…

— Чш-ш-ш, — прошипел он, грациозно, по-кошачьи, поднимаясь.

Я вдруг увидел в его руке пистолет. В темноте трудно было разобрать модель. Похоже, обычный „Макаров“. За окном горел фонарь. Он освещал комнату, но не настолько хорошо, чтобы свободно двигаться. Олег неслышно, крадучись, пошел к двери.

Что? — Я тоже перешел на шепот. Помимо желания. Просто сработал инстинкт самосохранения.

— Слышишь?

— Я напрягся».

Иван застыл как вкопанный.

— Что?

Олег, не ответив, выскользнул в коридор, замер у двери. Что-то происходило. Иван попытался различить звуки, доносящиеся с лестницы. Он поймал себя на мысли, что практически не замечал, насколько богат их дом звуками. Вот где-то внизу хлопнула дверь. Кто-то что-то бубнил — далеко. Наверное, двумя этажами выше. Хлопнуло окно — видать, смотрели неугомонные жильцы, есть ли свет в соседнем подъезде или отрубили по всему дому. И… Иван наконец понял, о чем говорил Олег. Шаги. Вверх по лестнице. Быстрые, легкие, уверенные. Эх, спасибо строителям за слышимость нашу невероятную! За то, что на пятом можно, не повышая голоса, сказать «Будь здоров», когда на первом чихают, будучи уверенным, что тебя услышат и вежливо поблагодарят.

— Шаги? — спросил Иван едва слышно.

Олег кивнул утвердительно, медленно и аккуратно оттянул затвор, взводя курок.

— Ну и что? Мало ли кто это поднимается.

— Чш-ш-ш…

Шаги приблизились, став необычайно отчетливыми. Человек постоял мгновение, а затем подошел к нужной двери. Иван почувствовал, как сердце его пустилось в бешеный галоп. Незнакомец стоял за дверью, прислушиваясь к происходящему в квартире. Что-то приглушенно звякнуло. Олег быстро коснулся пальцами плеча Ивана, жестом показал: «В комнату». Тот понял, закивал торопливо и на цыпочках ринулся в темноту, соображая на ходу, что, если бы не Олег, быть бы ему через три минуты покойником.

Олег же, держа оружие на изготовку, отступил в глубь коридора, вошел в туалет и прикрыл дверь, оставив только узкую щель. Он надеялся, что «взломщики» — а кто еще это мог быть? — знают, к кому пришли, и не станут слишком уж осторожничать.

В темноте почти неразличимо щелкнул язычок старенького английского замка.

Иван нырнул за дверь, остановился, вжавшись спиной в стену, задыхаясь и слыша частые удары собственного сердца.