Стив Пайл был крупный человек, грубовато‑добродушный, гордившийся тем, что по‑отечески относился к молодым работникам всех национальностей. Красноватый цвет его лица указывал на то, что, хотя для простых смертных в Саудовской Аравии существовал сухой закон, его собственный бар всегда был полон.

Он приветствовал Лэинга с искренней теплотой, но и с долей удивления.

– Мистер Аль‑Гарун не предупредил меня о вашем приезде, я бы прислал за вами машину в аэропорт.

Мистер Аль‑Гарун был менеджер в Джидде, саудовский начальник Лэинга.

– Я не сказал ему, что еду, сэр, я просто взял выходной день. Я думаю, у нас там проблема, и я хочу довести ее до вашего сведения.

– Энди, Энди, мое имя Стив, хорошо? Рад, что вы приехали. Так что же это за проблема?

Лэинг не взял с собой распечатки – если кто‑то в Джидде замешан в махинациях, то их исчезновение могло бы выдать все расследование. Но у него были подробные записи. Целый час он объяснял Пайлу, что он обнаружил.

– Это не может быть совпадением, Стив, – убеждал он, – Эти цифры нельзя объяснить не чем иным, как крупной банковской аферой.

Добродушное настроение Стива Пайла исчезло, когда Лэинг объяснил ему его трудное положение. Они сидели в глубоких креслах, обитых испанской кожей и расставленных вокруг низкого кофейного столика из кованой меди.

Пайл встал и подошел к стене из дымчатого стекла, через которое можно было видеть прекрасную картину пустыни на много миль кругом. Наконец он повернулся и подошел к столу. Широкая улыбка снова была на его лице. Он протянул Лэингу руку.

– Энди, вы очень наблюдательный молодой человек. Вы очень умный и преданный. Я это очень ценю. Я ценю, что вы обратились ко мне с этой… проблемой.

Он проводил Лэинга до двери.

– Я хочу, чтобы вы положились в этом деле на меня. Не думайте больше о нем, я займусь им лично. Поверьте мне – вы далеко пойдете.

Энди Лэинг вышел из здания банка и направился в Джидду. Он чувствовал полное удовлетворение. Он сделал все, что нужно, а уж теперь генеральный менеджер положит конец этой афере.

Когда Лэинг ушел, Стив Пайл постучал пальцами по столу и набрал номер телефона.

* * *

Четвертый звонок Зэка, второй по «горячей» линии, был без четверти девять утра. Определили, что он сделан из Ройстона на северной границе Хертфордшира, где графство подходит близко к Кэмбриджу. Полицейский офицер, прибывший туда через две минуты, опоздал на девяносто секунд.

Отпечатков пальцев в кабине не было.

– Куинн, не будем тратить время. Я хочу пять миллионов долларов быстро, в мелких, не новых купюрах.

– Бог мой, Зэк, это же огромная сумма! Вы знаете, сколько это весит?

Пауза. Зэк был удивлен неожиданной ссылкой на вес денег.

– Вот так, Куинн. Не спорь. И никаких трюков, или я пришлю вам пару отрезанных пальцев как аргумент.

В Кенсингтоне МакКри подавился и помчался в уборную. По пути он задел кофейный столик.

– Кто это с тобой? – прорычал Зэк.

– Агент, – сказал Куинн. – Вы знаете, как это бывает. Эти задницы не хотят оставить меня в покое, вы сами видите.

– Я имею в виду то, что я сказал.

– Слушайте, Зэк, в этом нет необходимости. Ведь мы оба профессионалы, не так ли? Так что давайте останемся на этом уровне. Мы делаем то, что нам приходится делать, не больше и не меньше. Сейчас время истекает, кончайте разговор.

– Ваше дело достать деньги, Куинн.

– По этому вопросу я должен говорить с отцом. Позвоните мне через сутки. Кстати, а как там мальчик?

– Хорошо. Пока что. – Зэк повесил трубку и вышел из будки.

Он говорил тридцать одну секунду.