Джек снова опустился в плетеное кресло, решив ждать завершения истории, каким бы оно ни оказалось. У Джордана под рукой, видимо, была кнопка вызова, потому что неожиданно перед ними появилась горничная. Джордан попросил ее принести водку, мартини и маслины.

Джордан и Карлен вернулись к обсуждению предстоящих путешествий с таким видом, словно в промежутке беседы ничего не произошло. Предложение выпить Джек отклонил. Он еще тешил себя надеждой погонять мяч, после того как отсюда вырвется.

Когда его терпение было уже на исходе, звон колокольчиков возвестил, что у входа в дом стоит посетитель. Джордан не шевельнулся. Джек услышал, как открылась входная дверь, и до него донеслись чьи-то приглушенные голоса. Минуту спустя в комнату влетел Тони. За ним следовал другой человек — в таком же костюме, как у Тони, только более внушительного размера.

Джек автоматически встал в знак приветствия, но Джордан его примеру не последовал.

— Где этот так называемый бланк? — с ходу спросил Тони. Времени на светские тонкости у него не было. Джордан свободной рукой указал на стол. В другой руке он держал мартини. Карлен сидела рядом, накручивая локон на палец.

Тони схватил лежащую на стеклянной столешнице бумагу и впился в нее темными злыми глазами. Пока Тони изучал документ, Джек изучал Тони. Если в зале суда адвокат держался достойно и весело, то сейчас он был явно взбешен. У Тони было широкое, слегка помятое лицо и крупные квадратные зубы. Его мускулистые руки были похожи на две дубины, а пальцы, короткие и толстые, — на разварившиеся сосиски. Джек переключил внимание на его спутника, который остановился у порога. Парень, видимо, был его телохранителем. Сам факт, что адвокат Тони Фазано нуждается в защите, заставил Джека задуматься.

— Что это за чушь? — поинтересовался Тони, махнув листком в сторону Джека.

— Вряд ли официальный бланк следует называть чушью, — сказал Джек. — Это разрешение на эксгумацию.

— А кто вы такой? Наемная пушка в пользу ответчика?

— Ни в коем случае.

— Он брат супруги доктора Баумана, — пояснил Джордан. — Сейчас он навещает сестру, живет в городе и говорит, что ищет справедливости. Во всяком случае, он так утверждает.

— Справедливости, чтоб я сдох! — прорычал Тони, глядя на Джека. — И у вас хватает наглости врываться сюда, чтобы сбивать с толку моего клиента?

— А вот и не так, — весело возразил Джек. — Меня сюда пригласили на чай.

— А он вдобавок из себя еще и умного корчит. Каков шутник! — сказал Тони.

— Он говорит правду, — вмешался Джордан. — Мы его пригласили. И прежде чем приступить к мартини, мы пили чай.

— Я всего лишь пытаюсь добиться аутопсии, — пояснил Джек. — Чем больше информации мы получим, тем выше шансы на то, что восторжествует справедливость. Кому-то надо побеседовать с Пейшенс Стэнхоуп.

— Ушам не верю! — Тони в отчаянии вознес руки к потолку, а затем, поманив к себе своего подручного, скомандовал: — Франко, иди сюда и вышвырни это собачье дерьмо из дома мистера Стэнхоупа!

Франко, повинуясь приказу, подошел к Джеку, взял его за руку повыше локтя и потащил к выходу.

Джек, чувствуя горячее дыхание громилы, пытался оценить последствия сопротивления. Оглянувшись на хозяина дома, он увидел, что тот спокойно сидит на диване. Происходящее, видимо, удивило Джордана, но он промолчал, когда Тони приказал телохранителю разобраться с «этим типом».

Не отпуская руки Джека, Франко протащил его через гостиную и мраморный вестибюль.