Элли изрядно выдохлась, когда наконец увидела Джу вдали, лежавшую на спине в роще, светлые волосы светились вокруг ее головы, словно нимб. Ее васильковые глаза смотрели в небо невидящим взглядом.

Опустившись на колени, Элли потянулась к ее тонкой руке.

-Я здесь, Джу. Я здесь.

 Дыхание Джу клокотало в ее горле. Когда она повернулась, чтобы посмотреть на Элли, ее голубые глаза затуманились и поблекли.

-Слишком поздно, Элли,-с горечью произнесла она.-Ты опоздала. Я уже мертва. И это твоя вина.

Посмотрев вниз, Элли поняла, что держит за руку покойника. Пальцы Джу были синими и холодными, безжизненными.

Она открыла рот, чтобы закричать, но не издала и звука

 Хватая ртом воздух, Элли поднялась, приняв вертикальное положение. Пот струился по ее лицу, пока она с испуганными глазами разыскала в темноте по своей комнате. Она забралась обратно в постель, прижавшись к спинке кровати и дрожа, словно загнанное в угол животное.

 Удушающие вдохи обжигали горло. Сердце стучало в ушах.

- Это всего лишь очередной сон. Я в своей комнате,-твердила она,-я в моей комнате, и я в безопасности и все в порядке. Все в порядке. Все в порядке. Все в порядке. Все в порядке ...

Но стены не помогали отгородиться от видения.

Зажмурившись, она сделала долгий, медленный вдох, пытаясь заставить воздух проникнуть в ее сжатые легкие. Она начала хрипеть, когда крошечные воздушные потоки силились пробиться.

Перед глазами пошли пятна.

Она воспользовалась методами, о которых говорил Картер для борьбы с паническими атаками - сделать медленный вдох через нос и размышлять о вещах, которые делали ее счастливой."Котята",-подумала она отчаянно. "Маленькие пушистые! Солнечные дни! Шоколадное мороженое! Пляжи!"

Даже сейчас, когда она все еще пыталась скомпилировать его, список казался таким нелепым. Она подавилась смехом, и слезы потекли по щекам.

Как и раньше, трюк сработал. Постепенно стены начали возвращаться на свои реальные места и ее пульс выровнялся. Пережитое только что потрясло ее.

 -Это был всего лишь сон, -сказала она вслух, прижимая подушку, как щит, плотно к груди. -Просто сон.

Темнота была осязаемо-гнетущей, и она, включив настольную лампу, потянулась за будильником.

Только 4:30 утра.

Сделав глубокий успокаивающий вдох, она прислонилась к холодной стене, убирая пряди волос с лица. Сегодня она начнет отработку в саду -три дня в неделю ей предстояло трудиться там с шести до восьми утра. Есть еще час, прежде чем надо будет вставать, но она не хотела снова заснуть-сон витал вокруг нее, свернувшись, как змея, и ожидая момента, чтобы ударить, пока она дремлет. Вместо этого она приняла долгий горячий душ, и вернувшись в свою комнату, достала из комода самую теплую одежду, выбирая столько, сколько могла надеть-термобелье, тренировочные брюки и два пуловера под ее плотный джемпер. Когда она приготовилась к выходу, было еще слишком рано, так что Элли просидела над эссе по английскому до шести.

Когда она спускалась по лестнице, в школе стояла жуткая тишина; даже персонала нигде не было видно. Скрип задней двери, открытой ею, разнесся в тиши, как крик. Снаружи, ничто не отличалось от полуночи, не было ни единого проблеска света на горизонте и лишь слабо мерцали звезды. Трава была покрыта толстым слоем инея, хрустевшего под резиновыми подошвами туфель, когда она направилась через газон.

Боже, как холодно.

Любой вздох был болезненным, а лоб, казалось, затянулся обручем вокруг ее мозга.

Сунув руки в перчатках в карманы, она пыталась зарыться глубже в пальто.

"Садоводство в феврале?", -сетовала она. "Люди правда занимаются этим? Зачем?"

Оставшиеся без листьев деревья, выстроившиеся вдоль дорожки позади школы, образовывали мрачный, костлявый балдахин над ней.