— Простите, я пока что-то не уловил… — Мистер Фэйри частенько чего-то не улавливал. Вот и сейчас он был сбит с толку, пытаясь понять, чего хочет его утонченная жена.

— Миссис Фэйри хочет провести день-два на Мадейре. Вы не против этого, как я полагаю?

— О, конечно, конечно, — закивал в ответ мистер Фэйри. — Прекрасная идея. Точно.

— Спасибо тебе, Вилли, дорогой, — пропела миссис Фэйри. — Это так любезно с твоей стороны. Но это не важно, и я не думаю, что другие хотят остановиться здесь.

— Меня устраивает любой выбор, — с присущей ей медлительностью произнесла мисс Сент-Томас.

— Уверяю вас, у меня нет возражений, — вторила ей мисс Кросспатрик.

— Да и у меня тоже, — присоединился к ним Роджер.

— Мадейра? — уныло произнес мистер Комбе. — Думаю, здесь-то нам получше будет, а?

— Мадейра! — повторила Юнити Винсент, которая тоже подошла, привлеченная шумом. — Давайте пристанем! Это должно быть чудесно!

— Значит, решено, — громко объявил мистер Брэй. — Старина, мы встаем на Мадейре, ведь ты любезно предоставил нам право выбора. Все согласны?

— Нет! Как можно принуждать людей к тому, чего они не хотят? — почти плакала миссис Фэйри.

— Очень хорошо, Энид, — сказал мистер Пиджин. — Вынесем это на голосование.

— Хорошо. Но я буду голосовать против, потому что знаю, что большинство не хочет останавливаться здесь.

— Тогда я буду голосовать "за", чтобы нейтрализовать ваш голос, улыбнулась мисс Кросспатрик, не желая уступать ей в великодушии.

— Но я вовсе не возражаю…

— Я тем более…

— Но действительно…

— Я уверяю вас…

Спор продолжался. Все, кто был за Мадейру, утверждали, что вовсе не хотят туда; те, кто побывал там, уверяли остальных, что Мадейра — последнее место, где они хотели бы вновь оказаться; каждый проявлял трогательную заботу о других, и никто не желал, чтобы чужие предпочтения приносились в жертву. Буря альтруизма набирала силу.

Мистер Пиджин перехватил неразговорчивого бородатого субъекта, который проходил мимо спорящих, направляясь в машинное отделение:

— Капитан Соамс, у нас тут возник спор… — и изложил суть проблемы.

Неразговорчивый субъект вынужден был заговорить. Речь его звучала на шотландском:

— Мадейра? Карашо. Никогда не слышал, штоп приставали здес. А кроме того, ми же отклонимся от курс!

После его слов наступило молчание.

— Ну вот, — сказал мистер Пиджин, имитируя глубокое сожаление, — кажется, все разрешилось само собой.

Его левое плечо неожиданно дернулось, и можно было подумать, что он действительно серьезно переживает случившееся.

Глава 3

— О Гай, какой милый островок! — с энтузиазмом воскликнула Кристл Вэйн.

— Весьма милый, — согласился мистер Пиджин.

Вся компания прилипла к поручням, наблюдая, как постепенно приближается остров. Со времени дискуссии по поводу Мадейры прошло два дня, и мистер Пиджин, взяв в свои руки бразды правления, беспрепятственно привел яхту к своему острову.

— И он весь твой, Гай? — спросила миссис Фэйри.

— До последнего камешка, Энид.

— Как прекрасно, — вздохнула миссис Фэйри. — Я всегда мечтала иметь свой остров.