По всему подвалу кипела беспорядочная, жестокая битва. Все били того, кто попадался под руку. Чаще всего под руку, а точнее, под ноги, попадался Гадкий Мальчик. Его не пинал только ленивый, а он летал от одного к другому, а поскольку разбираться и оглядываться, кто на тебя нападает, было всем некогда, ему доставалось и от чужих, и от своих. А в темноте ему, бедолаге, даже увернутся было некуда. Какое-то мгновение сражение стало напоминать футбольный матч.

Гадкий Мальчик с трудом сумел извернуться, изловчился, подпрыгнул, и вцепился зубами в чьи-то штаны. Как выяснилась позже, не только в штаны. Чтобы его не начали снова пинать, он намертво сцепил зубы. Как оказалось, штаны принадлежали Мышатнику. И то, что прикусил Гадкий Мальчик, тоже принадлежало ему, вместе со штанами. И судя по воплю, который издал Мышатник, он одинаково дорожил и тем, и другим.

Бедняга Мышатник! От укуса он дернулся, а Всадник, решив, что он решился напасть, сделал взмах кинжалом, Мышатник в это время подпрыгнул от ужаса и боли от укуса, кинжал соскользнул и разрезал только ремень на штанах Мышатника. Тот попытался отпрянуть, но запутался в упавших штанах, лишившихся поддержки ремня, и рухнул на пол.

Когда же он попытался подняться и потянулся для того, чтобы надеть штаны, Гадкий Мальчик, на которого эти штаны упали, укусил Мышатника за палец.

И вот тут-то Мышатник и потерял остатки разума. Он, конечно, был большой подлец, но еще в большей степени он был трусом, а кусающиеся штаны повергли в ужас его трусливое воображение. Он посчитал это проявлением какого-то колдовства, которому ему, Мышатнику, нечего было противопоставить.

Он тихо и покорно лег на пол. Голову ему удалось засунуть в штаны, тыльная часть его высвечивала во всей своей безобразной наготе, а сам он в покорном ожидании и ужасе, смиренно отдался на волю провидения. Он вздрагивал, всхлипывал, и обмирая слушал звуки боя. Он умел безжалостно отправлять на смерть других, но когда дело касалось его самого...

Битва, несмотря на это, принимала для Женьки и ее друзей не лучший ход. Хорошо еще, что во время рассказа Всадником Волшебных Историй удалось значительно сократить ряды серых, но все равно их оставалось значительно больше, чем Женькиных друзей, к тому же не очень привыкших к потасовкам. И как ни пытались они возместить беззаветной храбростью отсутствие воинского искусства, их повсеместно теснили опытные в сражениях крысы, к тому же разделяя их и заставляя сражаться поодиночке и вдали друг от друга.

Огромное количество тварей собралось вокруг Всадника, который не мог вступить в битву, поскольку не спускал глаз с Какашкина, не смея причинить ему вред до тех пор, пока он не повернет на пальце Перстень. Сам Какашкин находился в полуобморочном состоянии.

Всадник отбрасывал ногой самых наглых тварей, но те решились:

- Считаем до трех, и бросаемся все разом! - командовал ими кто-то из-за спин. - Даже если мы не сможем ничего ему сделать, Какашкин успеет повернуть Перстень дважды. Приготовились! Считаю! И - pppaз!

Женька и ее друзья услышав это, попытались отчаянно прорваться на помощь Всаднику, им удалось потеснить врага, но большего сделать они не смогли.

В воздухе зависли крупные Хромульки и Темнульки, не давая взлетать Летучим Мышам, либо загнав их в угол...

- Двааа!

Крысы и мыши в нетерпении застучали хвостами по полу.

И еще раз грудью бросились Женька и ее друзья вперед, в отчаянную атаку! Весь пол подвала был усеян телами мышей, крыс, Хромулек, Темнулек. И еще горы добавились к ним.

Но и эта яростная атака не принесла успеха. Под вопли отчаяния, вырвавшиеся из глоток героев, раздалась торжествующая команда:

- Tppppи!

Бросились на Всадника твари сбивая и топча друг друга. Отвел на мгновение кончик шпаги Всадник.

Повернул Какашкин Перстень. Повернул он его дрожащей рукой раз, а второй не успел. Выпрыгнув из самой круговерти боя, который разгорелся с новой силой и отчаянием, в невероятнейшем прыжке бросился на него Гадкий Мальчик, и вцепился зубами в пальцы на руке Какашкина.