— Я хочу ездить верхом, стрелять из лука, путешествовать…

— И причем тут борьба со злом? — покачала головой девушка.

— Но ведь это так замечательно! Быть свободной, независимой, открывать для себя новые страны, помогать слабым…

— Что? Спать и есть, где попало? И если бы только это! Знаете, как страшно смотреть в лицо смерти? А убивать? Это противоестественно, всё внутри восстает против этого, а Вы должны убить. Вы сможете убить человека, не задумываясь, без всяких сантиментов? А боль? Такой путь неотделим от боли, унижения и боли.

Грандванка молчала, но Стелла видела, как нервно подергивается её нижняя губа. Значит, у неё есть шанс отговорить её.

— Я не буду никого убивать, — прошептала Лайна.

— Тогда убьют Вас. Лайна, поймите, между романтикой дорог из книг и реальной жизнью нет ничего общего. Если хотите бороться со злом — боритесь, но не с оружием в руках. Для этого вовсе не нужно сбегать из дома.

— Но как еще?

— Делайте добрые дела, помогайте ближним. Уверена, Вы преуспеете на этом поприще.

— Но этот так скучно!

— Зато гораздо полезнее. Мой Вам совет: ещё раз подумайте.

Грандванка ушла, плотно притворив за собой дверь.

Утром, сразу после завтрака, принцесса собралась в дорогу. Никакие уговоры и резонные доводы барона Инкседа о том, что она устала и должна немного отдохнуть, на неё не действовали. Тогда барон вызвался проводить её до сиальдарской границы.

— Дороги нынче небезопасны, а так я буду уверен, что с Вами ничего не случится.

— Но со мной и так ничего не случится.

— Охотно верю, но неужели Вы хотите оставить нас в томительном неведении относительно Вашей судьбы? — продолжал настаивать Орет.

— Зачем Вам лишние неудобства?

— Какие неудобства, дарунта? Мне всё равно нужно наведаться в имение тёщи, оно как раз неподалёку от сиальдарской границы.

Стелла уступила, хотя в глубине души догадывалась, что в тёщино имение — это только предлог, чтобы проводить её. Что ж, если ему так хочется, пусть провожает. В конце концов, рядом с ней будет человек, который в случае чего развеет сомнения пограничной охраны на счёт её происхождения — не каждый поверит, что принцессы могут просто так, запросто, переезжать из страны в страну.

В Сиальдар принцесса въехала через лес Зачаби. С весны в нём ничего не изменилось, только на полянах зажглись огоньки ягод. Зато её отношение к лесу претерпело изменения. Теперь она знала, какие сюрпризы он может ей преподнести. Да и местные оборотни не казались такими уж страшными — главное, найти к ним подход. Путь к сердцу Маскаля вёл через желудок, и на этот раз ей было чем его угостить. Только вот оборотня не было. Но девушка об этом не жалела: разговоры с оборотнями мало напоминают светские беседы в гостиных.

Дорога петляла, пришлось ехать медленнее, сократив дневные переходы. Чем больше она углублялась в лес, тем осторожнее становилась. Особенно страшно было по ночам, когда злые духи пугали её громким свистом. Теперь от былого оптимизма не осталось и следа. Сразу вспомнились и человеческий череп, и страшное жилище Маскаля. Кто знает, может в этот раз добродушному оборотню захочется полакомиться не ее припасами, а ей самой?

Наконец, пару раз свернув не туда, Стелла выбралась на гирлянскую дорогу. В душе снова воцарилось спокойствие. И, правда, чего бояться? Лесов, что ли, она не видела? Принцесса их столько перевидала, что на всю жизнь хватит! Лес более-менее сухой, радует солнцем, волки не нападают — что ещё нужно для счастья? А для счастья не хватало самой малости — симпатичной долины с фермерским домиком. Ей настолько опостылела простыня изо мха и иголок, что девушка с радостью втридорога заплатила за постель с периной.