— Маскаля? — удивилась Стелла.

— Так ты даже с оборотнями знакома? Ничего не скажешь, подходящая компания для принцессы!

— Так его? — не унималась девушка.

— Я понятия не имею, как зовут то существо, которое попало нам в руки.

— Он белый? Огромный белый волк?

— Не знаю, Стелла. Я его не видел. Если хочешь, сходи, посмотри. Я прикажу проводить тебя. — Он потянулся за колокольчиком, но племянница удержала его.

— Не стоит, дядя, я потом посмотрю. А что с ним будет?

— Ничего особенного. Просто уничтожат.

— То есть убьют? — У неё кусок стал поперёк горла.

Нет, конечно, Маскаль — не то создание, ради которого она готова пойди в огонь и воду, но всё же он помог ей.

Безусловно, оборотень — это существо из потустороннего мира, питающееся запоздалыми путниками. Но её-то он не съел! Может, все кровавые преступления оборотней — всего лишь плод многовековой народной фантазии? Но как же тогда черепа?

Не о том, не о том речь! Его ведь собираются убить, посадить в клетку и убить…

Недоев, принцесса встала из-за стола.

— Стелла, ты куда? А как же десерт?

— Гулять.

На самом деле она шла к Маскалю. Вышла во двор, увидела одного из егерей, от него узнала, что оборотня вот-вот должны привести.

Сгорая от нетерпения опровергнуть или подтвердить свои догадки, принцесса велела оседлать лошадь. Но куда ехать, по какой дороге? Выбирать не пришлось — оборотня уже волокли по брусчатке двора. Один взгляд — и все сомнения отпали. Маскаль.

Принцесса подошла к повисшему на верёвках оборотню. Он поднял голову, посмотрел на неё. Узнал ли? Кажется, да. Может, помочь ему?

— Это и есть тот самый оборотень?

— Он самый, сеньора! — с готовностью отозвался один из егерей.

Девушка с сочувствием посмотрела на Маскаля.

— Куда вы его теперь?

— Запрём где-нибудь, а потом поступим так, как прикажет Его величество. Если будет доказано, что он кого-то убил, публично сожжём.

Неужели этот позорный обычай ещё существует? Неужели за колдовство ещё сжигают, сжигают заживо? А праздные обыватели стоят и смотрят, как живое существо мучается в вихре пламени. Нельзя этого допустить, нельзя, нельзя, нельзя! Его осудят без доказательств, осудят лишь потому, что он по определению виновен.

Стелла действовала в состоянии аффекта. Задавала вопросы, не слушая ответов, и не сводила взгляда со страдальческих глаз. Когда охотники замешкались, решая, где запереть необычного четвероного пленника, принцесса, быстро перерезала верёвки.

Маскаль оказался сообразительным — со всех ног (лап?) бросился в лес. Вслед ему полетели стрелы. По крайней мере, одна попала в цель.

После решили, что охотники плохо его связали, никто не подумал, что оборотню помогла бежать Стелла.

Дядя и племянница попрощались на следующее утро.

Принцесса в задумчивости ходила по лужам, дожидаясь, когда дядя покончит со своими делами. Белые брызги разлетались из-под сапог, коверкая отражение небесного зеркала. Ей было грустно, грустно, несмотря на то, что она возвращалась на родину.

Наконец король освободился.

— Куда ты теперь? — Он смотрел на неё, приставив ладонь козырьком. — В Гирлян?

— Думаю, да. А как вы… ты догадался? — Она подошла к лошадям, проверила подпруги, хотя точно знала, что с ними всё в порядке.

— Мы встретились на гирлянской дороге. Из Гирляна проще всего попасть в Лиэну.

— Думаю, я немного покружу по Скаллинару. Хочу кое-кого повидать.

— Как хочешь, но, прошу, не вмешивайся в чужие дела! Жизнь дана тебе не для того, чтобы бездумно рисковать ею ради первого встречного.