Глянув на них, Корозов сначала посадил в машину жену, а затем подошел к парню, протянул ему руку:

— Дай я пожму твою руку, парень! — сжал щуплую руку. — Я теперь твой должник! Вот возьми! — достал из кармана портмоне, отсчитал двести долларов и подал ему.

Растерянно тот отступил и стал отказываться, но Глеб не стал слушать, сунул деньги ему в ладонь и добавил:

— А вот это моя визитка. Возьми ее. Если тебе что-то будет нужно, придешь ко мне! — вложил визитку во вторую ладонь окончательно растерявшемуся парню, а сам развернулся и прыгнул в машину к Ольге.

Лицо у подруги парня невероятно повеселело, она приглушенно вскрикнула:

— Вот это отвалил! Удача! За такие деньги я бы и свой телефон дала! Повезло нам сегодня! Есть теперь на что разгуляться! А то все бродим без толку по этим тротуарам. Как два идиота. Надоело!

В машине Ольга легла затылком на подголовник, смежила веки и стала медленно повествовать мужу, как происходили события. Глеб был угрюм, когда она рассказывала о Рушкине, однако не перебивал, впитывал в себя ее рассказ, сжимая кулаки. Но больше всего его удивила новость, что вызволил ее из лап Рушкина тот парень, который не так давно около ресторана бросил к ее ногам охапку цветов. Выручил, отвез в больницу и исчез. Что за чертовщина, ломал голову Глеб. Кто такой этот парень? Второй раз появляется на горизонте. Что, собственно, преследует? С одной стороны, сделал доброе дело, но, с другой стороны, судя по тому, сколько трупов оставил между делом после себя, субъект непростой. Награждать его какими-то эпитетами Глеб не стал, поскольку в этих обстоятельствах терялся в определениях. Ночью дома Ольгу несколько раз стошнило, и Глеб понял, что у нее сотрясение мозга. Утром привез домой врача. Тот прописал женщине постельный режим. Чуть позже Корозов передал рассказ Ольги Акламину, заехав к нему в отдел. К сожалению, эта информация не только не помогла Аристарху, но еще больше запутала. Странная история. Столько лиц вокруг Ольги. И только Рушкин известен. Остальные в тени. Ну, на последнего составится фоторобот и хоть что-то будет. А вот обладатель сиплого голоса, кто он? Сам позвонил ему. Простая пешка или король? Интуиция подсказывала Акламину, что для пешки звонок ему — слишком рискованный шаг. Пешка всегда на переднем плане, ей спрятаться не за кого, ею всегда жертвуют, ее вычислить и снять проще других фигур. Пешка звонить не могла. Явно фигура серьезная, абсолютно уверенная в том, что дотянуться до нее ни за какие коврижки не удастся. Выдвигать условия полиции не всегда рискнут даже королевские фигуры. Следовательно, риск того стоит. Так где же зарыта собака? Короче, бери мочало начинай сначала. А начало — это не только Рушкин, но и обладатель сиплого голоса, и теперешний освободитель Ольги, оставивший после себя гору трупов.

Поиски Рушкина пока не приводили ни к каким результатам. Оперативники Акламина избороздили город вдоль и поперек. Охранники Исая тоже ныряли во все щели. Ко всему и Кесков потерял след двоюродного брата. Срок, установленный Рушкину, неумолимо подходил к концу. Было уже понятно, что Лев сорвал выполнение задания, которое ему доверили. Подробностей Кесков не знал. Ему стало известно лишь то, что в автосалоне произошла бойня, что Рушкина среди убитых нет. А значит, он жив. Но Андрея это не радовало, поскольку теперь ответственность перекладывалась на его плечи. Он имел глупость поручиться за брата. Весь спрос теперь с поручителя. И Андрей начал опасаться за собственную жизнь. Со страхом ожидал телефонного звонка и вопроса, ответа на который он дать не мог. Сейчас он клял себя на все лады за поручительство. И искал пути, как ему выкручиваться. Разослал своих людей на поиски Льва. Было бы хорошо до окончания срока найти его хоть мертвого, хоть живого и выставить впереди себя. Лучше бы, конечно, мертвого, тогда можно было бы прикрыться смертью брата.