И, после едва уловимой паузы, Комов поспешил его заверить:

Да, нет, ничего особенного. Просто вспомнил: в этом году, осенью, десять лет как мы окончили школу милиции. Надо бы собраться и отметить юбилей. Как считаешь?

Я не против. Но до осени ещё долго, можно и раньше собраться провести, так сказать, генеральную репетицию. А сейчас извини, я побежал. Позвони, буду посвободнее, и где-нибудь пересечемся.

Положив трубку, Ильин покачал головой: Не понравился мне этот звонок. Что-то Комов темнит. Не стал бы он звонить за полгода, чтобы просто напомнить о юбилее. Явно какое-то дело было ко мне, но вот не сказал. А может, оно и к лучшему: мне сейчас и своих забот хватает.

Выйдя на улицу, Ильин сел в машину. Заждавшийся его водитель, пользующийся особым расположением подполковника Карпова, едва ответив на приветствие, резко тронул с места, сразу набрав огромную скорость. Не обращая внимания на плохое настроение сержанта, считающего ниже своего достоинства возить кого-либо, кроме начальства, Ильин переключил свои мысли на предстоящий разговор с задержанными парнями. Мысли эти напрочь вытеснили из головы Комова с его звонком. А зря!

В этот самый момент на другом конце города авторитет по кличке Буг нервно ходил по кабинету. Обычно выдержанный и не теряющий присутствия духа ни при каких условиях, Буг был неузнаваем. Он был в ярости, он просто молнии метал! И было из-за чего. Мало того, что он не смог достать сверхценные материалы и номер так необходимого ему секретного зарубежного счета, он потерял двух своих людей! Их тела, оставленные на месте происшествия, помимо прочего, засветят его участие в этом деле.

Расчет был верным. По плану слабак Осипов должен был указать свой тайник после первых же ударов: ребятки свое дело знали. Но они оплошали, и этот размазня успел вынуть оружие. Пришлось его убрать.

Но ведь никто не мог предположить, что эта дура, жена Осипова, наймет человека, чтобы завладеть дурацкой видеокассетой. Из-за этой, никому, кроме нее, не нужной порнографической поделки, все и сорвалось. В результате мои два дуролома и тайник не нашли, и вообще гробанулись. А другие идиоты позволили жене Осипова выброситься с балкона, да ещё с таким шумом.

И потом: куда исчезла Софка, любовница Осипова? Неспроста она скрылась. Неужели ей что-то известно? Пока я в этом деле на нуле. Все коту под хвост. Но если нужные мне документы пока ещё находятся у этого отмороженного частного детектива, есть ещё надежда исправить положение.

Телефонный звонок прервал размышления Буга. Он нетерпеливо схватил трубку:

Слушаю!

Это я, Лимон. Пока все тихо. Этот Комов дома не ночевал. Уже полдня прошло, а он не проявился, и где шатается, неизвестно. Что делать?

Продолжайте наблюдение. Меняй людей каждые два часа, круглые сутки пусть следят, но только не упусти этого типа. Мне нужен не он, а взятые им у Осипова бумаги, и ты лично отвечаешь за то, чтобы доставить мне его живым. В этом деле трупов уже много, а толку никакого. Держи меня в курсе дела, звони каждый час.

Положив трубку, Буг в задумчивости потер переносицу: Почему этот Комов не появился дома? Неужели знает, что мы его вычислили? Да нет, едва ли. Мои ребята здорово побегали, прежде чем вышли на ближайшую подругу Осиповой Лидку, которая была посвящена в её планы изъятия видеокассеты с помощью Комова. Так что детектив вряд ли опасается засады. Скорее всего совершив двойное убийство в квартире Осипова и узнав о гибели заказчицы, этот тип решил на время затаиться. Если он не придет ночевать домой и сегодня, придется проводить скрупулезную работу по выявлению всех его связей. А на это может уйти масса времени. Последние фразы Буг невольно произнес вслух и досадливо поморщился: Совсем я раскис. Вслух стал думать.