Однако самым неприятным сюрпризом оказалась уязвимость бронирования «тридцатьчетверки» для бронебойных снарядов 37-мм пушки (по нормали пробитие 45-мм листа оказалось возможным с 700 м и ближе) — напомним, что весной 1940 г. при составлении системы бронетанкового вооружения РККА Главный военный совет постановил оставить на вооружении Красной армии «средний танк Т-34, непробиваемый 37-45-мм пушкой на все дистанции».

Положение дополнительно усугублялось наличием на вооружении противотанковой артиллерии противника подкалиберных снарядов, поставленных в массовое производство по итогам Французской кампании, где противниками Вермахта выступили толстобронные французские и английские танки. За 1940 г. немецкая промышленность выпустила почти 287 тыс. подкалиберных 37-мм снарядов, за 1941 г. — 885 тыс. подкалиберных 37-мм и 344 тыс. подкалиберных 50-мм снарядов. В свою очередь, немецкие войска достаточно щедро расходовали имевшиеся в войсках с самого начала Восточного похода подкалиберные боеприпасы — с 22 июня по 31 декабря 1941 г. ими было израсходовано 207 569 37-мм подкалиберных снарядов противотанковой пушки РаК.36, 17 352 снаряда 37-мм танковой пушки KwK.36, 45 756 снарядов 50-мм противотанковой пушки РаК.38, 41 414 снарядов 50-мм танковой пушки KwK.38 и 8353 подкалиберных снаряда 37-мм чешских танковых пушек, устанавливавшихся на танки 35(t) и 38(t). Конечно, следует учитывать, что первоочередными мишенями для подкалиберных снарядов становились КВ, однако пропорция все равно впечатляет — на 931 КВ и 1843 Т-34, потерянных в 1941 г., приходится 320 444 подкалиберных снаряда, в среднем по 115 подкалиберных снарядов на каждый безвозвратно потерянный тяжелый/ средний советский танк новейших типов!

Схема бронирования Т-34 выпуска лета 1941 г.

Таким образом, «тридцатьчетверка» не оказалась неуязвимой даже для 37-мм «дверного молотка» РаК.36, не говоря уже о более мощных артсистемах. Здесь мы особо хотели бы оговорить, что ведем речь сейчас именно о пробитии броневой защиты танка — не о простреленных стволах орудий, выбитых «яблоках» курсового пулемета и люках механика-водителя, вырвавшихся по разрушенным сварным швам смотровых приборах, порванных гусеничных лентах и других поражениях, выводящих танк из строя, но притом не влекущих за собой появление пробоин в основных узлах бронирования, а именно о пробитии брони. Т-34 был для «дверного молотка» достаточно трудной мишенью, для надежного поражения требовалось обстреливать атакующий танк в бортовые проекции с малой (около 200 м) дистанции под углами, близкими к нормали; тем не менее целый ряд факторов способствовал успешному решению немецкими противотанкистами этой непростой задачи.

Схема 5. Ход боевых действий в районе Мценска.

Сгоревший Т-34 неустановленной части.

Во-первых, следует заметить, что в ходе Французской кампании вермахт в боевой обстановке познакомился с французскими и английскими танками, имеющими противоснарядное бронирование. Полученный боевой опыт был систематизирован и доведен до сведения войск в форме тактических приемов борьбы с толстобронными танками, не поражаемыми в лоб на больших дистанциях; поэтому само по себе появление на поле боя хорошо защищенных труднопоражаемых целей не вызвало у немецких истребителей танков состояния, близкого к шоку, и не привело к необходимости лихорадочных поисков новых тактических приемов, соответствующих новым дотоле невиданным условиям боя. Не стала для немецких артиллеристов сюрпризом и необходимость привлекать к борьбе с танками выводимые на открытые позиции для стрельбы прямой наводкой дивизионные, корпусные и тяжелые зенитные орудия — все эти приемы уже были успешно опробованы во Французскую кампанию и даже раньше (88-мм зенитные пушки стреляли по танкам еще в Испании).