Жуткая сцена могла бы напугать кого угодно, но не его. Он видел, как умирают сотни существ. Лично выбрасывал в космос женщин и даже детей, но от мысли о том, что теперь придётся докладывать главарю о том, что ниточка, ведущая к выполнению задания — оборвана, холодело в груди, потому что то, что мог сделать Коготь, было гораздо страшнее чем просто смерть.

Он обвёл взглядом каюту, заставленную всяким хламом. Чёртов неряха жил как на помойке, но в ней могла скрываться информация о его убийцах, поэтому стоило поискать хоть какие-то улики. Жаболюд тяжело вздохнул и шагнул вперёд, мысленно приготовившись к грязной работенке.

Странный звук, будто что-то липкое шлёпнулось на пол, пронзил царящую тишину. Жаболюд резко обернулся, выхватывая ручной бластер и замер в ужасе, моментально понимая, что теперь у него большие проблемы. Чёрт с ней с проваленной миссией, ему самому скорее всего теперь не выжить.

С потолка на одного из его подручных обрушилась фиолетовая масса. Сгусток слизи, похожий на комок желе, коснулся головы бедолаги, и обволок его голову. Тот успел лишь коротко взвизгнуть от испуга, а затем его кожа и мясо буквально растворились в мгновение ока, оставив только белую кость. Изогнутые в предсмертной судороге пальцы ещё подёргивались, пока тело, утратив контроль, не осело на пол с влажным звуком.

Жаболюд похолодел. Он даже не сделал попытки спасти подручного — тот был мёртв в момент, когда его коснулся витроглот. Что-то глубокое, управляющее телом на уровне подсознания, перехватило управление нам пиратом, заставив работать весь организм ради единой цели. Бегства.

Он резко присел, напрягая мощные ноги и одним прыжком вылетел прочь из каюты, даже не оглядываясь на оставшихся там подчинённых. Его сознание вопило, что любое промедление — это страшная смерть со стопроцентной гарантией результата.

Позади раздался ещё один короткий крик, правда тут же захлебнувшийся, и инопланетянин ускорился, совершая лягушачьи прыжки и сбивая попадающихся по пути обитателей станции.

Жаболюд выжимал из своего тела все соки, совершая огромные скачки, молясь всем известным богам о спасении и мечтая успеть добраться до корабля, чтобы покинуть обречённое место.

Глухой металлический стук от закрывающихся переборок и рухнувшая прямо перед ним стена, заставила его замереть, а затем по станции разнеслись звуки сирен, перемежающиеся холодным металлическим голосом.

«Внимание! Активирован аварийный протокол. Угроза биологического заражения. Объявлен карантин третьего класса. Все переборки заблокированы. Повторяю, объявлен карантин третьего класса. Просьба всем вернуться в свои каюты и оставаться на местах в ожидании помощи»

Жаболюд в бешенстве несколько раз выстрелили из бластера, прожёг пару дыр в опустившейся переборке, но всё было бесполезно. На пути к ангару были ещё десятки таких же дверей и даже если он преодолеет одну, то что делать с другими? Выдвинувшаяся из-под потолка турель, среагировавшая на применение оружия на станции, навелась на него, но он сбил её метким выстрелом, устало прислонившись спиной к холодному металлу.

Ещё как назло, свет в коридоре начал мерцать, словно появились проблемы с электричеством, а вдали послышалось звуки удара чего-то влажного о металл.

На борту станции активировался аварийный маяк, посылающий сигнал бедствия во все стороны. Теперь любой корабль, оказавшийся в близи, получал сигнал.

«Зона бедствия. Карантин третьего класса угрозы. Приближение запрещено. Любой объект в зоне досягаемости стационарных орудий воспринимается как угроза.»

Жаболюд закрыл глаза. Он знал, что никто не прилетит спасать их. Даже владельцы станции, естественно проживающие совсем в других местах, скорее просто подождут развития ситуации, смотря на то, справятся ли обитатели станции с проблемой, и если нет, то просто расстреляют её издалека протонными ракетами.