Оборвав связь, он спустился вниз, раскинул сети своего восприятия на максимально доступный радиус в сорок метров и тут же наткнулся на шахту лифта, по которой вверх и осуществлялась доставка засадного отряда.

Правда чуть опоздал, потому что это были уже его остатки. Как только сыграла тревога, она тут же была подорвана, и толща земли над ней сомкнулась, надежно хороня проход.

Это остановило бы практически любого. За исключением сильнейшего телекинетика Земли.

Для него это был как путь из хлебных крошек. Если почва перемешана, значит это и есть путь. А для человека, который сам как себе сотня экскаваторов, что может быть проще, чем просто прорыть новую яму, причем гораздо большего размера, чтобы потом можно было изучить зачищенную от врага базу, компетентным специалистам, пытающимся понять, как у них это получилось?

Сорок метров контролируемой области в радиусе, восемьдесят в диаметре.

Он закрыл глаза, сосредотачиваясь на внутренних ощущениях. Выстраиваемая в голове картинка вспыхнула контурными линиями. Энергетические потоки и силовые поля, в местах, где он не мог подхватить их своей силой. Временами ещё живые тела, заваленные землёй. Структуры скрытых укреплений.

От основного лифта по бокам уходили лабиринты туннелей, заканчивающиеся техническими помещениями и комнатами. Видимо ещё не вся стройка была завершена и подготавливался плацдарм для вторжения уже непосредственно на поверхность.

— Похоже мы вовремя. Нас чуть не застали со спущенными штанами.

Воздух вздрогнул, повинуясь его воле.

Земля под ним вспучилась, содрогаясь от титанического телекинетического усилия. Тонны грунта, камня и металла взметнулись вверх, закручиваясь в вихрь. Всё, что когда-то было опорными конструкциями, перекрытиями и стенами — теперь превращалось в хаотично вращающийся шторм из смертоносных обломков с циклопическим буром с острым концом внизу, усиленный металлоломом.

В ответ из-под земли вырвались вспышки — лазерные лучи от чудом сохранившихся турелей на этажах, заряды плазмы и энергетические снаряды от единичных выживших, которых как раз начало раскапывать. Раздавались взрывы заложенных мин и происходил подрыв хранилищ боеприпасов. Но все это сталкивалось с бушующей бурей, рассыпаясь бесполезными искрами и обломками.

Президент вытянул руки, словно удерживая весь объем в них и резко опустил, дополнительно разгоняя своей волей.

Удар!

Закрученная гигантская масса земли обрушилась на первый слой укреплений, вспарывая их рукотворным сверлом. Бетон, металл, хитин и даже выращенные древесные стволы начали трескаться и ломаться, оголяя верхнюю часть обороны. Тысячи тонн обломков в единой массе рухнули в пробитый провал, сметая всё на своём пути.

Но он не остановился.

Снова вверх, закрутить, усилить, затем вниз и ещё один удар.

Волна телекинетического давления вспыхнула в глубине, закручивая подземные коридоры в ленту Мёбиуса. Металлические балки скручивались и комкались, как бумага и казалось нужно только время, чтобы добраться до мягкого подбрюшья базы.

* * *

Люди, затихарившиеся в закоулках созданной под землей базы замерли в ожидании.

По первости, в момент их проникновения была поднята тревога, но не потому, что их обнаружили, а из-за полученных вестей о нападении на перевалочную базу на Згрок-тринадцать и убийство генерала. Но затем ящеры, проведя поисковые мероприятия и никого, не обнаружив — успокоились и Катя наконец смогла выйти на связь с командованием с докладом о ситуации.

Им конечно сказали оставаться на месте, ожидая подкрепления, либо начала атаки, но девушка не была кадровым военнослужащим, так что она просто плюнула на слова генерала, а Платонов был вынужден следовать за ней. И теперь они готовились открыть охоту.