Сейчас на крупные события вроде этого штурма принимают ставки по всему миру, и оборот в этом бизнесе превышает триллион евро в год. Сделать крупную ставку с коэффициентом двести, конечно, невозможно. Уже в начале такого процесса она резко снизится. Но при грамотной организации процесса вполне можно вложить десять — пятнадцать миллиардов, и за день увеличить капитал в пять, а то и в десять раз.

Господин Прохоров вполне мог бы это сделать. В этом случае, сумма выигрыша многократно перекрыла бы все издержки. А сама возможность таких действий очень соблазнительна. Ведь доказать что-либо невозможно, а результат для этой финансовой аферы господин Прохоров вполне мог обеспечить с гарантией в сто процентов. Сдать замок врагу — это просто, делать при этом вообще ничего не нужно. Все остальное могло быть просто спектаклем, для успокоения общественного мнения.

— Спасибо, Григорий Петрович, судя по рекордному количеству откликов наших зрителей, вы были наиболее убедительны, но наибольшее число голосов набрала версия о действиях господина Прохорова, выраженная одним словом, очень емким, на мой взгляд — ДОИГРАЛСЯ.

А сейчас мы ненадолго уходим на рекламу, оставайтесь с нами, и мы вскоре продолжим это интересное обсуждение.

Глава 34

Опять звонок был по экстренному каналу.

— Гюль, что-то срочное?

— Не знаю, ты просил про новых работодателей Анны Ивановны сразу докладывать.

— Просил. Рассказывай.

— Боится она, там что-то странное и страшное произошло, сын хозяина погиб странно, и вообще атмосфера, напряженная до ужаса. Боится она там чего-то, да и на работу ее предполагали взять для молодоженов, а там ни жениха, ни невесты, ни свадьбы. Прислуга шепчется, что хозяин разорился, сплетен Анна Ивановна уже наслушалась. Плохо ей там, по-моему, она долго не выдержит и уволится.

— Это опасно для нее. Сейчас привлекать к себе внимание домовладельца нельзя. Он непредсказуем, а в порыве гнева просто страшен, я думаю, что ее вскоре уволят и так, делать ей там сейчас нечего. Пусть еще пару дней поживет, слухи слушать — дело не сложное, а поделиться новостями с дочуркой — это естественно, для пожилой разговорчивой женщины.

— Понято, а я должна все это тебе передать?

— Да, и срочно.

— Это ты домовладельцу такие приключения устроил? Не отвечай, я уже догадалась. Плохо быть твоим врагом или родственником твоего врага.

— Фантазерка ты. Я спешу. До связи, держи руку на пульсе.

— Что-то я сильно сомневаюсь, что он долго еще будет биться у домовладельца, который по глупости тебе на ногу наступил. Да, вот еще инфа, не знаю, нужна ли. Мой брат троюродный ресторанчик лет пять уже держит в центре Питера.

— Брат, он же внук?

— Да, ты же сам года четыре назад искал место возле Литейного 4, чтобы те, кто там работают могли поесть недорого, недалеко и вкусно. В спокойной обстановке поговорить.

— На Моховой? Азия? Слушаю.

— Там перемены большие — старого отпели, новый слезы вытер.

— Сел в свою карету и уехал в Питер. Зачем он туда уехал?

— Разорился кто-то из богатеньких, ищут того, кто нажился. Того, кто читал Адама Смита, а Апулея не читал. Вроде теперь все. Пока.

Ну вот, теперь и это еще. С одной стороны — хорошо, что ресторанчик работает, и вентиляция от каждого столика, по которой без следа электроники, совершенно дедовскими методами, можно слушать посетителей окупается. Но то, что мной ФСБ заинтересовалось так быстро, я не предполагал.