— С этим надо что-то делать. — Даша не нашлась, что ответить Агафье, та твердо уверовала во встречу с Царицей, возможно, она так этого хотела, в те дни, что сидела на атолле смерти со своей малышкой, так молила о спасении хотя бы ребенка, что сейчас это все выливалось в фанатичную веру.

— Спорить с фанатиками опасно — решила Даша.

––—––—––—

Я вышла из игры и пошла на кухню, на ночь глядя кофе пить не хочется. То есть очень хочется, но не стоит. Потом не заснуть будет. Чаю и чего-нибудь. Творожок?

Звонок в дверь заставил вздрогнуть. Это еще что? Почти ночь на дворе.

Подошла к двери и попыталась посмотреть в глазок. В дверь стали стучать.

— Дашка. Открой. Царица морская. Открывай, а то я взорвусь.

В принципе это возможно, подсознательно я этого от нее всю жизнь жду. С такими мыслями я открыла дверь.

— Блин. Кофе нальешь?

— С коньяком?

— А есть? Было бы в тему.

— Мне бы — то же. Но ночь уже и спать пора. Нужно на Зебу часов через шесть вернуться. Девочек подменить и за новенькими присматривать.

— Да пофиг. Заваривай и подливай. Такое дело нужно обсудить подробно. Как ты в царицы пролезла? Нельзя тебя на минуту одну оставить. Почему со мной ничего такого не происходит? Я же специально к тебе туда добиралась. А все мимо.

— Ладно, давай. Кофе так кофе. Самой ужасно хочется, а выспимся как-нибудь, когда-нибудь потом, но обязательно. Давно ты под моими дверями звонишь?

— Год. Что ты там делала? Я думала, что ты сразу за мной спать ляжешь и выйдешь.

— Отдохнула немного на Зебе и мы с Кешей сплавали к кораблю. С факелом Светки я туда нырнула.

— Ну? Что замолчала? Рекламная пауза в самом интересном месте? Довести меня хочешь?

— Нет, это ты уже сама и лет десять назад. Ладно, не буду мучить. Там добра целая куча. Сундуки такие тяжеленные, что я их даже сдвинуть не смогла, тюки, ящики, бочки….

— Золото? — Глаза у Стаськи зажглись азартом и жаждой сокровищ.

— Я их открыть тоже не смогла, но не камни же там перевозят? В запертых, окованных сталью дубовых сундуках. Насчет дуба — это версия.

— А может, камни? Драгоценные. Алмазы, бриллианты, изумруды.

— Ладно, пусть будут бриллианты. Я не жадная. Мечтай хоть о мифриле с адамантом.

— Ух ты. Буду. Теперь мне это все будет до утра сниться.

— После моего кофе на ночь, тебе кошмары сниться будут. Суть для нас в том, что все это добро придется оставить на дне. Потом, быть может, получится вернуться и забрать.

— А ты все это рассказала нашим?

— Светке и Наташе? Нет. Наташа тоже вышла, а как говорить со Светой и вообще между нашими, в присутствии Лики и Агафьи, я еще не придумала.

— А что тут думать? Просто забудем про реал, ведь для того мы в игру эту и играем. Ты лучше расскажи, как ты Царицей стала?

— Похожа я на нее.

— С каких дров? А я не похожа? Ну почему все мимо меня?

— Да что все? Ты о чем? Это всё ведь сейчас для меня один геморрой. Какие бонусы в том, что Агафья эта приняла меня за кого-то? Ее понять можно, она с ребенком на острове своей смерти ждала и боялась, что придется смотреть, как дочь умирает. У нее от этого глюки могут быть. От того, что ей это сходство крышу снесло, я ведь не изменилась. Я все та же Даша, ты в детском саду мой компот выпила.

— Не помню. Не было этого. А что у тебя в голосе такое появилось? Как вякнешь, так сразу мороз по коже и хочется побыстрее выполнить повеления.