Позади парень в кабриолете разразился многоэтажной тирадой, но Фрэнк уже перешел на соседнюю полосу и на полной скорости рванул обратно.

— Мне нужен еще снимок, — выпалил он.

— Какой?

— Те же координаты, месяцем раньше. Давайте двадцать восьмое февраля.

Она пожала плечами и забарабанила по клавиатуре.

Полчаса спустя перед ним лежал второй снимок, точно такой же, как первый, минус вертолет и Энни с компанией.

На кладбище ямы и куча гробов. Фрэнк перевел взгляд на дату, чтобы лишний раз перепроверить: одиннадцать сорок семь, двадцать восьмое февраля девяносто восьмого. Энни с Киклайтером еще в Штатах.

Шахтеров уже нет, гробы свалены в кучу.

Вот что не так! Энни невесть сколько переписывалась, чтобы выяснить имена шахтеров, связаться с их родственниками и получить разрешение на эксгумацию, потом убедить лютеранскую церковь, что экспедиция пойдет на благо людям. Завершив исследования, Национальный институт здоровья должен был перезахоронить тела.

После стольких проволочек невозможно и представить, что гробы свалят в кучу, как дрова.

Значит, кто-то добрался на Копервик первым и забрал шахтеров.

С этой мыслью он снова подошел к секретарше:

— Сделайте еще один, на месяц раньше. Двадцатое января подойдет.

Та удивленно подняла глаза:

— Знаете, я еще не видела, чтобы на это подсаживались. — Пробежавшись пальцами по клавиатуре, она добавила: — Кстати, январь я вам не советую, не та широта. Разве что вам подойдет инфракрасный снимок?

— Почему?

— Там полярная ночь. На фотографии будут видны только отдельные огни…

— Нет, поселение заброшено. Давайте двадцатое ноября девяносто седьмого.

На все про все ушло три часа и почти две тысячи восемьсот долларов.

Откручивая назад по месяцу, Фрэнк скоро обнаружил, что искал: белый чистый снег, нетронутые могилы. Двадцатое августа девяносто седьмого года.

Значит, в течение месяца после этой даты трупы выкопали.

Еще несколько снимков, и дата эксгумации: девятое сентября.

На кладбище вырисовывались небольшой подъемный кран, пара снегоходов и четкий контур палатки. За церковью пристроился вертолет. Фрэнк насчитал на снимке полдюжины людей-точек. Но, как ни вглядывайся в лупу, лиц не разглядеть.

Он переключился на вертолет, напоминавший стрекозу. Его размер тоже не позволял различить детали. Дейли долго рассматривал фюзеляж… ни одной зацепки. Не хватало разрешения. Устав, он откинулся в кресле и потер заболевшие глаза.

Мгновение спустя, вновь посмотрев на снимок, он заметил — или показалось? — то, чего там раньше не было: решетку или что-то очень похожее на решетку на задней части вертолета.

Что бы это ни было, под лупой оно расплывалось и исчезало.

Бросив в раздражении лупу, Фрэнк записал расходы на свой счет и вышел с толстой картонкой фотографий под мышкой, тщетно пытаясь переварить полученную информацию.

Теперь хотя бы ясно, что, где и когда. Кто-то добрался на Копервик раньше Энни с Киклайтером. Поэтому и появился Глисон. Поэтому экспедиция вернулась с пустыми руками. Поэтому все и засекретили.

Осталось всего два вопроса.

Кто? И зачем?

Глава 14

Кто-то их опередил. Экспедиция опоздала на несколько месяцев.

Дейли сидел в машине на мосту Чейн-Бридж и даже не слушал музыку, которую сам включил. Габаритные огни отражались в мокром асфальте, как лужи крови. Пробка не двигалась. «Дворники» размазывали по лобовому стеклу все новые и новые капли, в черных облаках то и дело вспыхивали молнии.

Наверное, где-то впереди авария.

Давно пора сменить «дворники».

Заднее стекло запотело.

Перед глазами мелькали фотоснимки: сваленные в кучу гробы, вскрытые могилы…

Думать просто не хотелось.