Она замолчала.

— А вторая? — спросил Роман.

— Вторая ведет через грот сирен.

Мужчины обменялись ироничными взглядами.

— Это не настоящие сирены, но все-таки… В общем, зрелище довольно неожиданное… Ну да сами увидите.

— Но почему не пойти по тому же пути, откуда мы пришли? — захотел узнать Роман.

— Потому что я уничтожила выход.

— Ты уничтожила выход?

— Да. Вернее сказать, я его затопила. Дело в том, что мы прошли через шлюзовую камеру, расположенную над подводным карманом. Там есть механизм вроде балансира, который позволяет открывать шлюзы и пускать воду. Вот я его и привела в действие.

— Так можно плыть!

— Только не в кипятке, Ян. И не надо, как Роман, повторять «кипяток?» с недоуменным видом. Это сероводородная вода, которая идет из древнего вулканического разлома.

— Так, значит, придется пробираться через грот сирен? — пробормотал Ян. — Почему-то не очень хочется.

Нея улыбнулась:

— Все будет хорошо. Если будете в точности следовать моим указаниям, — добавила она, прежде чем натянуть свое мужское одеяние и увенчать голову тюрбаном.

Ян с недовольным видом молча заканчивал облачаться в высохшую за ночь одежду, затем надел бронежилет, а Роман засунул за пояс один из своих ножей. Он с большим удовольствием произнес бы сейчас «чур, больше не играю!», как в детстве. Он отчаянно мечтал об этом на скамье подсудимых, а еще тогда, когда за ним закрылась бронированная дверь и он осознал, что на пятнадцать лет это крошечное темное пространство станет его домом. Но единственной возможностью произнести «чур, не играю» было умереть, как Антуан, как Маттео, Омар и Ли. Но, по правде сказать, этого как раз ему и не хотелось.

Нея направилась к большой стопке книг и нажала на кнопку, однако за книгами открылся не тайный проход, а какая-то ниша, в которой стояли флакончики с аккуратными этикетками.

— Нам необходимо принять что-то подкрепляющее. Накануне я слишком выбилась из сил и сразу об этом не подумала.

— Чудодейственные средства? — вытягивая шею, спросил Ян.

— Настойки на лекарственных травах. Так, посмотрим: удары, ушибы, синяки, репейник, купена обыкновенная, это для вас, а мне подойдут пеларгония и слива, — сказала она, выливая содержимое одного из флаконов на повязку, стягивающую руку.

Используя настойки как лосьон, Роман растер плечи и руки, а Ян осторожно помассировал голову и лицо, после чего рассовал несколько флаконов по карманам жилета.

Одновременно они повернулись к Нее. Она улыбнулась им, осторожно коснулась кончиками пальцев щеки Романа и сделала знак следовать за собой.

Дойдя до середины комнаты, она осмотрелась и вздохнула.

— Не знаю, вернусь ли я когда-нибудь сюда, — произнесла она, облачаясь в одно из синих одеяний. — Это чтобы сирены меня признали, — объяснила она. — Кого попало они не пропускают.

— Это же созвездие Офиуров, да? — спросил Ян, указывая на вышитые золотом значки.

— Да, тринадцатое созвездие. Оно не относится к зодиакальным, хотя Солнце и проходит через него в первую половину декабря.

— А почему не относится?

— Да просто потому, что две-три тысячи лет назад, когда формировался ваш зодиак, эклиптика  была другой. Необходимо следовать законам равноденствия! А потом так все и осталось. Вот почему западные гороскопы, составленные по законам тропической астрологии, не соотносятся с действительным положением звезд. Когда ты родился? — спросила она у Романа, который, прежде чем ответить, нахмурился, словно припоминая дату своего рождения.