Как же скоро поступило предложение!
— Какое? — настороженно спросила она.
— Они согласны записать и выпустить альбом твоих собственных песен...
— Согласны? — Мэгги подпрыгнула от восторга, возможно Адам уступил ей после вчерашнего разговора! — Превосходно! Когда я...
— Твоих собственных песен, Мэгги, — твердо повторил Марк, не отводя от нее взгляда, — но под аккомпанемент Адама Кармайкла.
Ее восторг улетучился, как воздух из проколотого шарика. Ловушки, повсюду ловушки — и неминуемо Адам...
— Не отвергай эту идею, — начал успокаивать ее Марк, заметив разочарование в ее глазах. — Главное — они согласились делать альбом твоих собственных песен...
— С Адамом! — Мэгги покачала головой, отказываясь даже говорить. — Никогда, Марк! Ни за что!
Она с отвращением вздрогнула. Петь свои песни с Адамом? Разделить с ним чувства, которые заставили ее написать эти песни? Нет, рядом с ним она работать больше не будет!
— Ты не известна как композитор, Мэгги, — убеждал Марк. — Адам согласился исполнять их с листа.
— Интересно — почему?
— Для знатоков твои песни могут быть хламом.
— И ты, и я знаем, что это не так! — заняла она оборону.
— Я только говорю...
— Я знаю, что ты говоришь, Марк, и ответ прежний — нет! Контракт со студией не продлится вечно.
— Но в данный момент ты связана.
— Я лучше не запишу больше ни одной песни, чем буду петь с Адамом, — разъяренно объявила Мэгги. — Честно говоря, я удивлена твоей перемене.
Марк вздохнул.
— Никаких перемен. Я просто...
— Передаешь точку зрения Адама!
— Нет, не Адама, а студии звукозаписи. Возможно, это наилучшее предложение для нас.
— Нет, — непреклонно объявила Мэгги.
Она не сомневалась, работать с ним, делиться своими чувствами, рассказывать, почему написала каждую из песен, — нет, на это она не пойдет!
Марк пожал плечами.
— Другого предложения может не поступить.
— Наплевать! Я просто буду давать концерты, когда захочу. Буду петь мои песни. Мне это не важно, Марк! — пресекла она возможный протест. — Будет так или никак. Я слишком много работала, слишком много преодолела, чтобы позволить Адаму разрушить все. Я... — Раздался звонок в дверь. — Репортеры! — Мэгги наморщила нос от отвращения. — Они разбудят маму, если продолжат в том же духе, — прибавила она, когда звонок повторился.
— Я разберусь, — произнес Марк. — Просто попрошу их уйти — по-хорошему!
Мэгги благодарно улыбнулась, и Марк пошел открывать дверь, но ее улыбка тут же растаяла, как только тот вернулся. Это Адам виноват, что репортеры столпились у ее порога! Это Адам виноват, что студия звукозаписи не воспринимает ее как солистку! Это Адам!..
— Это Адам!
Слова Марка настолько совпали с ее мыслями, что Мэгги не сразу поняла, о чем тот говорит. Но глаза тут же уперлись в темную мощную фигуру позади Марка, и Мэгги окаменела. Это Адам. Мрачный, как ее жизнь.
Она быстро собралась с мыслями, и ее рот насмешливо искривился.
— Пришел посмотреть на свое творение, Адам?
— Мэгги... — Марк попытался что-то сказать.
— Я пришел не «посмотреть». — Ярость в голосе Адама соответствовала выражению его лица. — Я...
— Только не говори, что сегодняшнее фиаско — не твоих рук дело, — отрезала Мэгги. — Где ты вчера прятал фоторепортера, Адам? Парень не промах...
— Магдалина, я пришел не выслушивать твои фантастические обвинения, — оборвал он. |