— А у Шуйских что, родственников никаких не осталось, раз некромантам разрешили заниматься своими экспериментами возле их склепа. — Спросил Петр, доставая какую-то печеньку из кармана, привлекая ею сразу же успокоившуюся кошку, которая начала с интересом осматривать его руки.

Съев предложенное, она тут же закатила глаза и упала на бок в том же самом месте, что и стояла. Первый моим желанием было пнуть уж слишком обнаглевшую кошку, но я придумал наказание пострашнее. Как только мы вернемся, если она и дальше будет так себя вести, то я посажу ее на диету и никакой колбасы, и других вкусняшек, кроме каши, она не получит, пока не раскается и не похудеет. Соня открыла один глаз, внимательно на меня посмотрела, оценила, что я совершенно серьезен и не шучу, глубоко вздохнула, встала и со скорбным видом поплелась следом за Щедровым, который уже утопал немного вперед, не обратив внимание, что остальные члены похода немного отстали.

— Я откуда знаю? — довольно правдиво удивился он. — Я о самих Шуйских и их склепе узнал совсем недавно. Может, и есть, только на своих им плевать, а может это и последние были, кто его знает, меня их родословная сейчас мало волнует.

Мы с Петром хмыкнули, но ничего не ответили на это. Нужно было все же первым делом поинтересоваться родственничками, которые могут нагрянуть за своим потерянным наследством, если посчитают, что это их по праву и никто больше на него не позарится. Но это уже из разряда фантазии и бреда, которым я пичкал сам себя, накручивая еще больше.

До склепа Шуйских мы дошли уже минут через пять. К счастью, кладбище было пустое, никакие студенты сегодня, похоже, своих практикумов не проводили. В склепе Щедров залез в проход первым, за ним полз я с Соней, а замыкал Петр, который и поставил блок на место, использовав этакий аналог магической веревки. Собственно, я знал это заклятье, Петр меня ему научил, и сам хотел им воспользоваться, но раз уж оборотень здесь, пускай работает.

До зала добрались без особых приключений. Огонь, который я зажег при первом нашем посещении все еще горел, и даже не стремился потухнуть. Это было странно и подозрительно. То ли огонь поддерживается сам по себе, с помощью каких-то чар, то ли его кто-то поддерживает. Только зачем поддерживать свет в пустой пещере, где никого нет. Я, нахмурившись, смотрел на чашу, но как бы не старался, никаких заклинаний я увидеть не смог. Факел был опущен так же один, которым я пользовался во время нашего похода, да так и не убрал. Петр огляделся по сторонам и присвистнул.

— Какая красота. Вы были правы, об этом месте никому не следует знать. Это наш с вами билет в совершенно безбедную старость. Наш Клондайк. Наши копи царя Соломона. Наш…

— Господи, да заткнись ты уже, — я растерянно осматривался по сторонам.

Когда мы шли сюда, я слабо представлял, что именно мне нужно от библиотеки. Наверное, на первом месте все-таки стоят записи по сближающимся мирам. Почему-то я полностью был уверен в том, что именно здесь я смогу получить необходимую мне информацию. Может быть, найду что-то, что позволит как-то избежать катастрофы, или хотя бы минимизировать последствия, вот только… Где я ее найду? Библиотека огромна, и что-то искать в ней, плохо понимая, что именно ты ищешь, можно до бесконечности. Какого-либо каталога или местного аналога Ларисы Ивановны при первом посещении я все же не увидел.

— Какой ты Петька все-таки бываешь нудным, — протянул Петр. — Вечно пытаешься опошлить мои высокие начинания. Правильно, художника каждый может обидеть, — почесал за ухом Соню, которая успокоилась даже без угрожающей к похудению мотивации.