|
– Целы, но жизнь их висит на волоске. А помнишь, ты говорила про слова: Не оставляй меня одну? Оказывается, это Брекки звала Ф'нора… – Сильвина помолчала для пущего эффекта. – Каким то чудом ему с Кантом удалось вырваться из плена Алой звезды и проделать часть обратного пути. Должно быть, невероятное было зрелище… – Сильвина прищурила воспаленные глаза, пытаясь представить драматическую картину. – А знаешь, куда полетел сторожевой дракон? Помочь Канту приземлиться! Робинтон сказал, что драконы образовали в воздухе мост и, подхватывая Ф'нора с Кантом, замедлили их падение. – Оба, конечно, были без сознания. Робинтон говорит, на Канте живого места не осталось – по нему будто шкуркой прошлись. Да и Ф'нор выглядит немногим лучше – даром, что на нем был кожаный костюм! – Скажи, Сильвина, откуда же мои файры узнали, что происходило в Бендене? – Рамота созвала драконов… ты, верно, знаешь – королева Бендена это умеет. А твои файры бывали в Бендене. Наверное, они тоже ее услышали, – эта часть загадки не особенно волновала Сильвину. – Все равно не пойму: ведь файры переполошились задолго до того, как Рамота призвала сторожевого дракона, даже раньше, чем я услышала зов Брекки. – Ладно, ладно. В свое время мы узнаем разгадку и этой тайны. У нас в Цехе все тайное становится явным. А потом, если драконы могут переговариваться на расстоянии, то чем файры хуже? – Драконы мыслят внятно, – проговорила Менолли, ласково почесывая головку проснувшейся королевы, – а эти крошки – нет. Или, во всяком случае, отнюдь не всегда. – Младенцы тоже говорят не очень внятно, а твои файры не так уж давно вылупились, не забывай об этом, Менолли. А возьми Камо – он что, внятно болтает? Тем не менее, он все чувствует! – Кстати, это Камо накормил утром файров, чтобы я могла поспать? – Да, вместе с Пьемуром. Перед завтраком он все нудил и нудил, пока я не догадалась послать их с Пьемуром наверх, чтобы он, наконец, заткнулся. – Сильвина хохотнула, вспоминая причитания Камо. – Все стонал: милашки голодные, кормить милашек. Пьемур сказал, что ты даже не проснулась. Правда? – Да. – Но Менолли больше занимали умственные способности ее файров. – Пожалуй, и правда, можно объяснить их поведение тем, что они побывали в Бендене. – Как сказать, – возразила Сильвина. – Ведь малышка лорда Гроха тоже не осталась безучастной. А она родом не из Бендена и никогда там не бывала. Может статься, эти зверюшки гораздо разумнее, чем мы думаем. Глядят на людей, которые мнят себя не хуже всадников, да посмеиваются! – Я выпила весь кла. Пойдем посмотрим яйца? – Да, обязательно. Если файры родятся в отсутствие Робинтона, он нам этого вовеки не простит! – А Сибел здесь? – Здесь, и, как наседка, не отходит от яиц! – Сильвина так выразительно закатила глаза, что Менолли не выдержала и фыркнула. – А как сегодня твои ноги? – Чуть чуть отекли, самую капельку. – Не забывай, что мазь не лечит, когда она в банке. – Да, Сильвина. – Ну что ты все поддакиваешь, да еще так робко? – в голосе женщины прозвучала неожиданная теплота и ласка. Менолли ответила Сильвине смущенной улыбкой, и та, захватив поднос, вышла. Девочка быстро натянула одну из новых рубашек и синие кожаные штаны, взбила травяной тюфяк и застелила его меховым покрывалом. Когда она вошла в комнату Главного арфиста, Сильвина как раз заканчивала уборку. Красотка стремительно влетела следом и уселась Менолли на плечо. Наблюдая, как девочка проверяет яйца. маленькая королева с интересом вертела головой. Потом вопросительно чирикнула. – Ну? – насмешливо осведомилась Сильвина. – Что решили специалисты? Менолли хихикнула. |
