Земляные люди снова принялись совещаться между собой.

— Пусть будет так, — произнес один из них на странном щелкающем наречии. — У высокого есть меч. У урода есть ножи, еще и зачарованные. Отправим их по левому тоннелю. Там есть ловушки, они убьют их. Заберем у трупов.

— Не туда! Ловушки сломаны. Проходили дьяволы, нет больше ловушек. Нехорошо.

Шарфи и Киоун настороженно наблюдали за земляными людьми; по выражению их лиц Эрик заключил, что они не понимали ни слова. Он попытался привлечь их внимание, но оба спутника даже не взглянули на него.

— Лучше пошлем другим путем, — предложил вожак. — Дьяволы по-прежнему там. Правый проход. Широкая пещера. Куча дьяволов. А путь перекроем. Бежать некуда.

— Да! Хорошо! — Новый взрыв возбужденного щебетания — похоже, странные создания так смеялись.

— Платы достаточно, — наконец произнес один из них на общем языке. — Мы уходим. Вы идите по правому тоннелю. В левом ловушки. Средний отрезан. Идите направо. Единственный путь наверх.

Земляные люди заторопились прочь, в тоннель, откуда пришла троица. Каждый по дороге ухитрился пнуть троих путешественников по лодыжке. Вскоре раздался скрежет камня о камень. Судя по всему, путь назад был отрезан.

— Мелкие ублюдки, — пробормотал Киоун. — Когда-нибудь пробовал их на вкус, а, Шарфи? Похоже на блевотину, но, по крайней мере, ты можешь быть уверен, что один из этих мерзавцев сдох, чтобы тебя прокормить.

— Они не должны говорить, каким путем нам идти, — произнес Шарфи, нервно потирая шрам на губе. — И перекрывать путь по идее тоже. Если платим за проход, мы свободны. Так было всегда.

— Вы что, ребята, не поняли, что они несли? — яростно прошептал Эрик. — Они сказали, что хотят отправить нас к дьяволам.

— Что?!

— Они так сказали. Я сообразил, что вы их не понимаете, однако не хотел дать им понять, что их язык доступен мне. Поэтому я промолчал, позволив им болтать вдоволь.

— Ты не мог понять их, — произнес Шарфи. — Никто не может разобраться в их речи. У них около сотни языков, большая их часть — коды внутри кодов. Даже люди в замке не способны говорить на этом наречии. Почему, как ты считаешь, они так рьяно изучают язык и письменность Иномирья?

— Говорю вам, я уловил обрывки их разговора!

— Я тебе не верю, — безапелляционно произнес Шарфи, скрестив руки на груди.

Киоун переводил взгляд с одного на другого:

— М-м-м! Сколько амбиций! Шарфи об этом и слышать не хочет! Шарфи у нас превратился в настоящего чрезвычала, если так можно сказать. Прекрасная работа, просто прекрасная! А что еще они сказали?

Эрик прокрутил в голове услышанное:

— Что-то про левый тоннель — в нем ловушки. Но дьяволы уже прошли по нему, разрядив их, поэтому теперь от заготовленных хитростей для незваных гостей никакого толку.

Киоун потер подбородок:

— Если там есть ловушки, то это еще хуже, чем дьяволы. Вдруг хоть одна из них по-прежнему активна? Любой потревоживший ее окажется по пояс в земле, не способный выбраться самостоятельно. А под ней они проткнут твою задницу и ноги копьями, пока не истечешь кровью. Весьма недружелюбно, должен заметить. Значит, пойдем туда, куда они хотели нас отвести. Эти ребята ведь не видели наших масок! Шарфи, я говорю здраво?

— Если и так, то болтай потише, — угрюмо ответил тот. — Они могут подслушивать.

Киоун бросил Эрику маску, которую сам носил, и достал вторую из мешка.

— А теперь погодите минутку. Понять, о чем они говорили, невозможно, — настаивал на своем Шарфи.