Кейс не вполне понимал, что здесь происходит, но в этот миг больше всего на свете — даже больше, чем выпить, — ему хотелось как следует приложить ногу к заднице толстухи, и только крайнее изумление помешало ему сделать это, вогнав в ступор.

Когда пленник, затащенный в соседнюю комнату, начал кричать, Кейс сперва подумал, что теперь он наконец-то уяснил, что именно творится. Но потом пришла мысль, что до конца своих дней он не сможет уяснить, почему дела в этом месте обстоят так, если только кто-то ему не объяснит. Некоторые вещи, подумал он, просто нельзя знать, и в дальнейшем он еще не раз будет мысленно обращаться к этим событиям, пытаясь постичь их суть.

Он побежал прочь от двери Азиель, надеясь, что тогда перестанут звенеть у него в ушах и крики умирающего, и горестный плач девушки, раздавшийся, когда она услышала, что происходит за стеной, и отвратительный голос женщины, велевшей ей слушать истошные вопли как можно более внимательно, потому что никто не виноват в них, кроме нее самой. К тому времени, как эта ужасная какофония наконец стихла — точнее, когда Кейс оказался слишком далеко, чтобы не слышать ее, — все это начало казаться ему слишком странным, чтобы быть настоящим — даже в другом мире, и он всерьез начал сомневаться, действительно ли стал свидетелем происшедшему в высокой башне замка.

Глава 14

Наконец-то стены пещеры вновь сузились и впереди не оказалось других существ. На всякий случай они проползли еще какое-то расстояние. Затем Киоун встал, а Шарфи рухнул на землю, вытирая пот со лба.

— Почему так долго, чтоб вас?!

Киоун и Эрик, не сговариваясь, одновременно потерли колени, которым сегодня крепко досталось.

— А может, мне понравилось, как ты прижимаешься ко мне? — зарычал в ответ рыжий. — Чувствовать твой вес на своей спине? Ты хоть знаешь, сколько их там было?! Я думал, придется миновать четверых-пятерых, но там целая орда! — Киоун был заметно бледен и потрясен пережитым. — Если бы я знал, что их тут будет столько, то предпочел бы рискнуть в переходе с ловушками.

— Мне лично показалось, что нам ничто не угрожало, — заметил Эрик.

— Конечно же нет! Ты только подумай, как нам повезло. Они иногда работают по нескольку дьяволов вместе, а сейчас как раз время собирать камни. В роли новичков мы бы оказались главными мишенями. — Киоун нервно мерил проход шагами; конус рыжих волос покачивался в такт. — Остается только предположить, что где-то поблизости у них есть другие враги, с которыми они недавно столкнулись, поэтому наши дьяволы и решили собраться в стаю побольше. Но почему здесь? Если сегодня по пути мы столкнемся с новыми загадками, мой разум просто переполнится и лопнет.

— Тогда вот тебе еще одна, — подначил Шарфи. — Надеюсь, от нее у тебя наконец-то лопнет башка. Там была пещера, неподалеку от двери. Недавно прорытая. Никаких светокамней. Пахло гнилью. Хуже даже, чем гнилью. Там что-то есть. Не дьяволы. Но там что-то есть.

Киоун пожал плечами:

— Есть поговорка: «Всегда проверяй источник». Информации в том числе.

Шарфи не стал отвечать на оскорбление; вместо этого, в его глазах вспыхнуло искреннее беспокойство.

— Там есть что-то, чего не должно быть. В этих краях, так далеко к северу, вообще не должно быть шахтовых дьяволов. Они определенно пришли сюда не просто так.

Высказавшись, воин погрузился в мрачные мысли.

Эрик задумался, стоит ли ему говорить об этом, но все же решился:

— Я слышал, как дьяволы общались между собой.