— Пивка? Еще бы ему не найтись! Какое вам, Дмитрий Александрович, — жигулевское, московское, рижское?

— А кто со мной за компанию?

— Нет уж, увольте. Мы — сыты. По горло и даже выше. Мы — нет. Мы — пас… Что означает эта лампочка?!

Рядом с «Консулом» светился зловеще-красный кружочек.

— Трехминутная готовность, — спокойно сказала Таня Медведева, программистка. — Не паникуйте и рассаживайтесь по местам, не толпитесь у машинки.

— Почему раньше этого не было? — зло спросил кто-то.

— Раньше не было, а теперь стало.

— Выдумывают тут всякое. Народ-то нервный пошел, насквозь психованный…

— Психи, по местам!

Главное — уже не было тишины. Уже улыбались, а не изображали улыбки. Говорили, а не выдавливали слова. Теперь уже можно было ждать. Три минуты, а потом еще двадцать — и первый результат. А потом будет совсем просто. Главное — первый результат.

Но не успели они сесть, как с сухим пулеметным стуком заговорил «Консул». Савин даже подпрыгнул на месте. Что он бормочет, этот идиот «Консул»? Зачем? Ведь до результата еще целых двадцать минут!

Дмитрий поставил стакан и вопросительно посмотрел на Ольфа.

— Заголовок печатает, — сказал Ольф и усмехнулся: — И правда, психи.

«Консул» с грохотом передвинул каретку и снова мелко застучал. Несколько человек уже стояли над ним, плотно сдвинув головы.

— Тьфу, собакин сын! — ругнулся Костя Мальцев. — Это ж вмиг можно инфаркт схватить… — И накинулся на Таню: — А без этих фокусов нельзя обойтись?

— Спокойно, спокойно, — невозмутимо проговорила Таня. — Сядь, голубчик, вредно так волноваться.

«Консул» еще раз дернулся и умолк. А ровно через двадцать минут он отпечатал первую строчку результатов. Строчку эту давно все выучили наизусть, Савин признавался, что она даже снилась ему, и теперь, когда они увидели, что «Консул» выдал почти то же самое, что было в их расчетах, — это «почти» значения не имело, без него не обходится ни один эксперимент, — раздалось разнобойное «ура». Игорь Воронов, расплывшись в неудержимой улыбке, похлопал машинку по черному блестящему боку:

— Молоток, «Консул», так держать!

Дмитрий оторвал листок с цифрами и нанес на график крестик. Центр его почти совпал с красной точкой.

А через восемьдесят минут случилось то, о чем они потом долго не могли вспоминать без содрогания.

За это время все более или менее успокоились, настроились на долгое ожидание. На часы все-таки посматривали, и за несколько минут до выдачи результата два-три человека уже стояли у «Консула». И когда тот в пятый раз застучал, Дмитрий встал и неторопливо направился к кульману. И, еще не доходя до машинки, он понял, что случилось что-то неожиданное и очень неприятное. Майя так смотрела на цифры, словно никак не могла поверить своим глазам или думала, что от ее взгляда они переменятся. А Савин, неизменно дежуривший у «Консула», повернул к Дмитрию голову, пошевелил губами и громким хриплым шепотом сказал:

— Дмитрий Александрович, тут… Смотрите.

И неуверенным, боязливым жестом показал на машинку.

А Дмитрий уже и сам увидел.

Из пяти цифр главной была последняя — отклонение экспериментального значения от теоретического. Они предполагали, что эти отклонения не должны превышать двух процентов. Чуть больше — не страшно, меньше — бога ради, нам же лучше.