— Пойду, что ты меня гонишь, ночевать не останусь. На работу едешь завтра?

— Да.

Помолчали, и Ольф направился к двери:

— Ну ладно, пойду.

— Дверь захлопни.

— Хорошо.

И не успел Ольф закрыть дверь, как услышал скрип дивана, — Дмитрий, видимо, снова лег. Ольф постоял на площадке, подумал немного — и пошел к Жанне. Она безмерно обрадовалась, увидев его.

— Наконец-то хоть ты приехал.

— А ты принца Савойского ждала? — буркнул Ольф.

— Ох, Ольф, давай без шуточек… Идем.

Ольф прошел в ее комнату и сразу спросил:

— Ты знаешь, что Ася уехала?

— Да.

— А почему мне не написала?

— Не злись, я сама недавно узнала.

— Когда она уехала?

— Недели три назад.

— И он ничего не говорил тебе?

— Нет.

— Как же это случилось?

— Она даже не попрощалась с ним. Приехала, когда он был на работе, взяла кое-какие вещи, оставила ему письмо — и все. Он сразу же поехал в Москву, но она уже улетела. Оказывается, документы на оформление она еще в феврале подала. Вот и все, что я знаю.

— Да, дела. — Ольф покрутил головой. — Как в плохом детективе. И как он?

— Плохо, Ольф. Совсем плохо.

Жанна даже руками за голову схватилась, и Ольф с досадой посмотрел на нее:

— Ну вот… Да что плохо, говори толком.

— Понимаешь, он почти не разговаривает. Ни с кем. Запирается у себя в кабинете и иногда даже на телефонные звонки не отвечает. И взгляд у него бывает… Ох, Ольф, — простонала Жанна, — если бы ты видел, как он иногда смотрит. Мне плакать хочется… — Жанна и в самом деле заплакала. — Боюсь я за него. Алексей Станиславович говорит, что ему в больницу надо ложиться, а он не хочет. И как ему помочь, просто не знаю. Я каждый день захожу к нему, но и со мной он не разговаривает. Молчит и ждет, когда я уйду.

— А Дубровин что предлагает?

— Со мной он об этом не говорил.

— Ладно, не реви, придумаем что-нибудь.

— А я и не реву… Дай сигарету.

Они закурили, помолчали, и Жанна спросила:

— Ты-то как съездил?

— Я-то нормально, — угрюмо сказал Ольф. — А ты все сделала?

— Да. Статью отдала Алексею Станиславовичу, он сам отвез ее в Москву. Говорит, сразу в набор пойдет.

— Доклад на Ученом совете был?

— Да.

— Дима делал?

— Нет, я. Он наотрез отказался, даже не пришел на заседание.

— Н-да… А ребята как?

— Нет никого, все в отпуске.

— А ты когда пойдешь?

— До отпуска ли сейчас, — махнула рукой Жанна. — Знаешь, Ольф, по-моему, он хочет уехать куда-то.

— Говорил, что ли?

— Нет. Но купил рюкзак, туристические ботинки. Я случайно увидела.

— Ася писала ему из Каира, не знаешь?

— Не знаю.

— Ну ладно, пойду.

На следующий день они вместе поехали в институт, и при ярком свете солнечного дня Ольф заметил, что Дмитрий сильно изменился за этот месяц — похудел так, что выпирали скулы, под глазами густо залегли синие тени и взгляд действительно был такой, что Ольфу стало не по себе. Всю дорогу он промолчал, отвернувшись к окну. Ольф сразу направился к Дубровину, но Дмитрий остановил его:

— Ты куда?

— Скоро приду.