— Даже не знаю, смогу ли дождаться вечера…

Зазвонил телефон. Он убрал руку с ее груди и потянулся к аппарату.

— Боюсь, моя юная леди, — сказал он с напускной строгостью, — мы с вами оба будем вынуждены дожидаться. — Он снял трубку. — Одну минутку, — сказал он. Затем, прикрыв рукой микрофон, взглянул на нее. — Видишь, мне надо работать.

Она чмокнула его в губы и пошла к двери. На полпути, как бы спохватившись, обернулась:

— Кстати, ты не собираешься рассказывать что-нибудь моему отцу, а?

— Нет, — ответил он, все еще прикрывая микрофон.

— Прекрасно! — Она улыбнулась и послала ему воздушный поцелуй. — До вечера!

Он удерживал улыбку на губах, пока не закрылась дверь за девушкой; но как только она вышла, лицо его приняло взволнованное выражение: он нутром своим почувствовал, что дела принимают очень скверный оборот.

Глава 7

Бейдр снял телефонную трубку. Тон у Юсефа был приподнятый:

— Я прибыл и сейчас в гостинице. Привез из Парижа кое-что очень важное! Ты не хочешь приехать, и мы поужинали бы вместе?

— Пожалуй, я не смогу.

— Шеф, ты же меня знаешь! Если я говорю «кое-что очень важное», это что-то стоящее. Тело у нее такое!.. Ты глазам не поверишь, и она прямо-таки ненормальная, абсолютно ненормальная! Тебе и не додуматься до такого, чего она с удовольствием вытворяет.

— Поставь ее на лед. Пригодится в другой раз. К нам на ужин сегодня должны прийти гости.

— Тогда, может, завтра?

— Тоже отпадает. На завтра у меня назначено несколько встреч дома.

— Тогда, может, мне к тебе? — предложил Юсеф. — Завтра на ленч?

— Весь день расписан. Надо сегодня вечером.

— Сегодня?! — В голосе Юсефа послышалось беспокойство.

— Да. Мои гости разъедутся до полуночи. Буду тебя ждать где-нибудь около половины первого ночи.

— Нет, ты в самом деле не хочешь подскочить сюда? — сделал еще одну попытку Юсеф. — Девочка будет очень огорчена. Я ей рассказал, какой ты колоссальный парень.

— Купи ей что-нибудь в ювелирном киоске в отеле и вручи с моими комплиментами, скажи, что я огорчен не меньше.

— О’кей, шеф. Значит, вечером увидимся. Двенадцать тридцать, так?

— Так, — подтвердил Бейдр и положил трубку.

Он продолжал сидеть в полумраку библиотеки, когда в комнату вошла Джордана.

— Мальчики собираются идти спать, — сказала она. — Спрашивают, придешь ли ты пожелать им спокойной ночи.

— Конечно, — ответил он, вставая.

Он пошел вместе с ней, но Джордана вдруг остановила его за руку.

— Что-нибудь случилось? — спросила она, глядя на него в упор.

— Почему ты спрашиваешь?

— У тебя взволнованный вид. Кто звонил?

— Юсеф. Он собирается заглянуть ко мне, когда разъедутся гости.

— Вот как?..

— Он приедет один. Нам надо обсудить очень важное дело. — Она молчала. — Ты его недолюбливаешь, да?

— Он никогда мне не нравился. Тебе это известно. Он такой же, как все мужчины в твоем окружении. Парят, как хищные стервятники, в надежде спикировать на какую-нибудь падаль. А тем временем они присасываются к тебе, как к какому-то идолу. Один такой попадался мне на глаза дважды. Раз на яхте, раз — в Калифорнии после твоего отъезда. Али Ясфир. Он той же породы.