Майкл живо представил себя в душном чреве плывущего корабля и содрогнулся. Однако он тут же подавил вспыхнувшее отвращение. Всего две недели ожидания, и он навсегда покинет этот уголок земли.

– Неужели обязательно ждать так долго?

– У нас нет выбора. Мы уже обратились к голландцам за разрешением на проход через бухту и подали заявку на провизию. Если сейчас передвинуть дату отплытия, они непременно заподозрят что-то неладное.

– Но может, мне лучше исчезнуть немедленно?

Ричард кивнул:

– Я отправлю тебя в «Рощу».

В «Рощу» – это было громко сказано. Так англичане окрестили крохотный удаленный островок, где они тайно посадили мускатный орех. До плодоношения молодым деревцам еще предстояло расти и расти, если, конечно, им вообще было суждено уцелеть. В любое время их мог обнаружить патруль, и тогда голландцы искромсали бы всю поросль.

– Побудешь там со сторожем. Запаса продовольствия тебе хватит, а потом…

Майкл перебил его:

– Сначала я должен попасть на Лонтар!

Название, вырвавшееся из его уст, как будто еще больше накалило и без того горячий воздух. Лонтар был самым крупным из островов Банда, вотчиной Питера Хотендорфа, где он единолично властвовал над своими плантациями и новой женой.

– Лонтар исключается. Британское судно к нему не подпустят, а если оно и прорвется, то его команду расстреляют на месте.

– В этом я не сомневаюсь. – Майкл вдохнул поглубже. – И конечно, ее муж побежит впереди всей своры. У него причин желать моей смерти больше, чем у кого-либо.

– Ее муж? Так тебе помогла убежать новая жена плантатора?

– Ее зовут Аннелиза, – нахмурившись, сказал Майкл. Он не мог спокойно слышать, как женщину, которую он любил, называют чьей-то «новой женой». Его вдруг охватило неотвратимое желание быть с ней, разговаривать, прикасаться к ее коже… Рядом с Ричардом он мог позволить себе выказать подобную слабость – на всем Ран-Айленде у него не было друга надежнее.

– Я не только уговорил ее помочь мне. Она сделала для меня гораздо больше, и теперь я должен убедиться, что ей не приходится расплачиваться за эту помощь.

– Ты конченый человек, – уныло произнес Ричард. – Худшего врага невозможно и вообразить. Знаешь, кто такой Хотендорф? Он мнит себя второй по важности персоной в мире после короля. Когда кто-то идет наперекор его желаниям, он становится беспощаден и всегда добивается своего.

– Тем более я должен побывать там.

У Майкла внутри все перевернулось при одной мысли о том, что Аннелиза испытывает страдания, находясь во власти жестокого деспота. Не случайно Ричард Эллингтон так занервничал при одном только упоминании его имени. И все же как странно устроен человек. Что за нужда ему стремиться к тому, что грозит разорвать его сердце на части?

– Я хочу увидеть ее своими глазами, убедиться, что ей там хорошо. Она так мало требовала от жизни. Быть признанной в качестве уважаемой замужней женщины – вот и все, чего она хотела, и я не могу допустить, чтобы ей не дали хотя бы это.

В ответ Ричард лишь раздосадованно покачал головой, а затем заявил с категоричностью старшего офицера, привыкшего к исполнению его приказов:

– Нет, Майкл. Я запрещаю тебе делать это.

Видя, что Майкл собрался возразить, капитан жестом остановил его:

– Ты просто на время потерял голову, но теперь пришла пора одуматься.