— Двенадцать с Самбильонгом.

— Вооружены?

— Без оружия.

Сандокан быстро дошел до лагеря и приказал собрать всех. Через минуту все до единого пираты собрались вокруг него.

— Приготовьте оружие, — приказал он.

— Сударь! — крикнул Джеймс Брук, сидящий у подножия дерева под охраной Айер-Дака. — Вы хотите убить безоружных?

Сандокан обернулся к англичанину.

— Джеймс Брук, — сказал он веско, — Тигр Малайзии держит свое слово. Через пять минут вы будете свободны.

— Кто идет? — крикнул в этот момент часовой, стоявший в двухстах метрах от траншеи.

— Друзья! — ответил хорошо знакомый голос Самбильонга. — Опустите ружья.

ВОСКРЕСЕНИЕ ТРЕМАЛЬ-НАЙКА

Увидев друга, Сандокан был не в силах владеть собой. Он бросился навстречу и, отстранив индийцев, охранявших его, судорожно прижал португальца к груди.

— Янес!.. Брат мой!.. — вскричал он, задыхаясь от радости.

— Сандокан, дружище, наконец-то я снова тебя вижу! — вскричал храбрый португалец, который был не менее взволнован. — Черт побери! Я думал, что никогда уж больше не обниму тебя!

— Мы не расстанемся отныне, друг мой, клянусь тебе!

— Надеюсь, дружище. Тебе пришла блестящая идея захватить в плен раджу. Я всегда говорил, что ты великий человек. А что Тремаль-Найк? Где этот бедный индиец?

— В нескольких шагах от нас.

— Он жив?

— Жив, но еще спит.

— А его невеста?

— Все еще безумна, но придет в себя.

— Сударь, — прозвучал в этот миг чей-то голос.

Сандокан и Янес обернулись. Перед ними стоял Джеймс Брук, чуть бледный, но спокойный, со скрещенными на груди руками.

— Вы свободны, Джеймс Брук, — сказал Сандокан. — Тигр Малайзии держит свое слово.

Раджа слегка поклонился и отошел на несколько шагов. Но вдруг остановился и повернул назад.

— Еще два слова, — сказал он. — Когда мы снова увидимся?

— Реванш? — спросил Сандокан с иронией.

— Джеймс Брук не сдается никогда.

Сандокан пристально смотрел на него несколько мгновений, словно удивленный, что человек в таком положении еще осмеливается бросать ему вызов. Потом протянул руку к морю и сказал тоном, заставлявшим трепетать:

— В той стороне мой остров. Он называется Момпрачем. Море, которое его окружает, еще краснеет от крови и полно разбитых кораблей. Если вы когда-нибудь приблизитесь к этим берегам, вы услышите рычание Тигра, а его тигрята двинутся вам навстречу. Имейте в виду, Джеймс Брук, что этот Тигр и его тигрята питаются кровью.

— И все-таки я навещу вас там.

— Когда?

— В будущем году.

Улыбка промелькнула на губах пирата.

— Не будет ли слишком поздно? — сказал он.

— Почему? — удивленно спросил раджа.

— Потому что тогда вы уже не будете раджой Саравака. В вашем княжестве разразится восстание, и племянник султана Муда-Хассина сядет на ваш трон.

Услышав эти слова, Джеймс Брук побледнел.

— Это вы только что придумали? — спросил он тоном отнюдь не спокойным.

— Я ничего не придумываю, милорд, — ответил Сандокан.

— Значит, вам что-то на сей счет известно?

— Возможно.

— А нельзя ли пояснить!..

— Я больше ничего не скажу, — прервал его Сандокан.

— Ну что ж, мне остается лишь поблагодарить вас за предупреждение.