Мысли об измене перемешивались со страхом потерять деньги – получалась жуткая смесь, которая побуждала меня к быстрому действию.

Но жену Сэндлера я не догнал, потому что был сбит лошадью и очутился, когда лежал с головой в навозе, или в каком то другом дерьме – на улицах Лондона оно было в ассортименте.

На мгновение я потерял таки своё сознание, но виртуозная ругань пьяного извозчика вернула меня к жизни – я не знал, что английский язык позволяет употреблять в речи такие немыслимые обороты. Тот день был богат на открытия, пожалуй.

Я вскочил на ноги своего Kewpie, смахнул дерьмо с лица, оттолкнул извозчика виртуоза и побежал домой.

Но миссис Сэндлер дома не оказалось.

Я не знал что мне делать: прихватить деньги и бежать куда нибудь или остаться, выяснить отношения с резвой толстушкой, перепрятать клад, простить долг наглецу милорду и развестись к чертям собачьим?

Пока я раздумывал, в дверь постучали.

– Кто там? – спросил я.

– Это я, аббат Николсон.

Я отворил дверь. Аббат вошёл и без приглашения сел за стол – англичане тогда не утруждались лишними церемониями, пожалуй.

– Мистер Сэндлер, Вы один?

Я кивнул.

– У Вас неприятности? Вы в каком то дерьме.

– Попал под лошадь.

– Нужно быть внимательнее, мистер Сэндлер. У Вас всё готово?

Я ответил, что готово, попросил аббата подождать, а сам поднялся в потайную комнату, где стоял заветный сундучок.

Но ключа от сундука в кармане я не нашёл – видимо, он выпал в дерьмо вместе со мной, когда лошадь имела неосторожность наткнуться на меня. Эта новость вывела меня из себя.

Я спустился к аббату и сел напротив доброго священника.

– Я не могу дать Вам деньги сегодня, – сказал я.

– Я Вас не понимаю.

Я повторил.

– Мистер Сэндлер, если Вы думаете, что мы позволим Вам водить нас за носы, то ошибаетесь. Вы обещали сегодня!

– Ваши носы меня не интересуют, аббат! Но давайте всё же отложим до завтра!

– Наше дело не терпит никаких «завтра»! Англия в опасности! И мы вместе с ней! Сэндлер, нам нужны деньги!

Аббат встал на свои ноги, а я на ноги Сэндлера.

Я был на взводе – измена жены ростовщика, валяние в дерьме, потерянный ключ, аббат вымогатель – всё это действовало самым раздражающим образом.

Я был готовым двинуть мерзавцу в сутане в его морду – мне было не до светских условностей, знаете ли, и гость как будто это почувствовал.

– Хорошо. Я зайду завтра, – сказал аббат. – Но завтра – крайний срок!

– Да пошёл ты…! – вырвалось у меня.

И он пошёл.

А я подумал, что, возможно, не стоило быть таким резким с аббатом, которого едва знаешь. Тем более, что он представлял какую то важную и тайную организацию, а Сэндлер был простым ростовщиком с полным сундуком денег, да к тому же евреем.

05

Вскоре вернулась миссис Сэндлер, и в отличие от меня, она пребывала в отличном настроении.

– Скоро вернутся дети – будем ужинать, – сказала она.

Я захотел успокоиться и поговорить с ней после ужина.

Но разговора у нас не получилось – в самый разгар нашей нехитрой трапезы, где то посередине, в дверь постучали, а скорее, заколотили. Заколотилось и моё сердце.

Жена Сэндлера взяла и открыла дверь.

В дом вошли двое солдат в металлических шлемах во главе с командиром, который отличался от подчинённых широкополой шляпой с большим синим пером.

– Джон Сэндлер? – спросил военный человек.

Мне хотелось сказать правду и ответить «нет», но я почему то выдавил «да». А может, это сам Сэндлер прохрипел?

– Именем нашего короля Карла Второго, Вы арестованы!

Я не успел возразить – меня выдернули из за стола и потащили к двери.