— Вот видите? — надула она губки.

Сочинитель ужасов кивнул.

— Вижу. Между прочим, я вижу, что у тебя прекрасные родители, которые заботятся о тебе и хотят, чтобы У тебя в жизни все было хорошо. — Он едва заметно подмигнул Киаре. — Как насчет содовой? Лично меня содовая со льдом всегда освежает.

Черити сказала:

— Содовую ей можно, если она хочет.

Киара сказала, что хочет, и он пошел к бару.

Робби все это время смотрел на высокий потолок большой старой комнаты.

— Кажется, я увидел.

— Привидение? — Сочинитель поднял на него блестящие голубые глаза.

— Летучую мышь. Наверное, ее можно поймать.

— Может, тут еще башня есть? — поинтересовался Дэн.

— Боюсь, что нет. Возможно, оштукатурив стены, я построю башню.

— Тебе обязательно нужно это сделать. Как я говорил жене, у каждого, кто верит в привидения, в башне водятся летучие мыши.

— Может, оно и хорошо, — пробормотала Черити, — что там обитают живые существа. Все лучше, чем одни колокола, гнилые веревки и пыль. Пожалуйста, расскажите об этом месте подробнее.

— Изначально это был деревенский дом. — С видом человека, совершающего таинство, сочинитель ужасов налил газировки в высокий матовый стакан, в котором уже находилось пять кубиков льда и (полностью скрытые его пальцами) два с лишним дюйма водки. — Тихое, спокойное место, в котором одна богатая семья могла отдохнуть от жары и зловония городского лета. Семья эта потом как-то погибла, подробностей я не помню. Я знаю, что, когда человек сначала убивает свою семью, а затем себя, обычно это делают мужчины, но в этом доме подобное совершила женщина. Она застрелила мужа и своих падчериц, а потом убила себя.

Черити заметила:

— Я бы такого никогда не совершила. Я бы не смогла убить Дэна. Или его детей. Себя, может быть, но не других.

Сочинитель ужасов с непроницаемым лицом вручил матовый стакан Киаре.

— А я бы не смог убить себя, — сказал он. — Я слишком себя люблю. А других?.. Кто знает.

Робби несколькими глотками выпил колу.

— Вы хотите напугать нас!

— Конечно! Это же моя работа.

Дэн поинтересовался:

— И что, все они умерли? Она была неплохим стрелком.

Сочинитель сел в кресло и поднял трубку.

— Нет. На самом деле не все умерли. Одна из трех падчериц выжила. Ей выстрелили в голову почти в упор, но она осталась жива.

Дэн философски заметил:

— Да, и такое бывает.

— Бывает. В этом случае так и произошло. Ее звали Мод Паркхерст. Имя Мод было популярным в начале двадцатого века, когда умерли ее родители и сестры. Слышали про нее?

Дэн покачал головой.

— Она была испугана на всю жизнь и осталась без гроша. То, что с ней случилось, повредило ее разум. Или это сделала пуля. Как бы там ни было, она основала собственную церковь и была в ней и папой, и пророком. Называлась она (или называется, не знаю, может, она До сих пор существует) «Унионисты Неба и Земли».

Черити сказала:

— Я слышала о них. Как будто вполне невинные люди.

Сочинитель ужасов пожал плечами.

— В наше время? Возможно. Но тогда я бы так не сказал. Определенно нет. Церковь эта была на свой причудливый манер отталкивающей, как любой культ. Ничего, если я буду называть ее культом?

Киара одарила его приятной улыбкой.

— Пожалуйста. Лично я не возражаю.

— Один мой друг, его тоже зовут Дэн, как-то дал мне определение культа. Он сказал, что, если вождь получает всех женщин, это культ.