— Как это на тебя похоже — прятаться за спиной женщины, — усмехулся Болдвин. Он предостерегающе поднял свой бессильный палец. — Запомни это, Бодро. Тебе не удастся прятаться впредь.

Конечно, это было дешевое представление, но Джек понял, что у Болдвина имелся про запас какой-то козырь, хотя он не мог представить себе, что бы это могло быть. Притворно испугавшись, он прижал руку к сердцу.

— Слышали вы это, мисс Чандлер? Почему-то мне кажется, что наш уважаемый угрожает мне. — С присущим ему изяществом Джек подошел к Лорел и нежно опустил вниз ее руки вместе с пистолетом, так что ствол оказался направленным в пол.

— Сладкая, может быть, тебе лучше подождать меня на улице. Кажется, нам с его преподобием мистером Болдвином следует выяснить это маленькое недоразумение.

Лорел взглянула на него, ее больше интересовало, почему он так демонстративно сказал это, чем то, что он собирается сделать с Болдвином. Возможно, ей следовало бы остаться или заставить его уйти вместе. Но, взглянув на Болдвина, она почувствовала прилив чего-то первобытного, какой-то— первобытной злости, и на миг забыла все свои правила и убеждения.

Она убрала «леди смит» в сумку, молча повернулась и вышла из бунгало.

Джимми Ли верил, что лучшая защита — быстрое нападение. Он схватил стоявшую на трехногом кофейном столике почти пустую бутылку из-под бренди и поднял ее как дубинку.

— Убирайся из моего дома ко всем чертям, Бодро.

— Только после того, как мы немножко поболтаем.

Джек стал медленно пододвигаться к Болдвину, мало-помалу, почти незаметно. Он не выглядел пугающе. Он волочил свои ноги по засыпанному песком линолеуму, голова его была наклонена вниз, как будто у него не было никакого другого занятия, как только считать раскиданные по полу окурки.

— Итак, Джимми Ли. Я не знаю, что ты такое сделал, чтобы заставить мисс Чандлер наставить на тебя свой маленький револьверчик. Но, должно быть, что-то гадкое — она ведь довольно законопослушна и всякое такое.

— Какого черта она мне сдалась, — взорвался Джимми Ли, не спуская глаз с Джека. — Она неуравновешенная. Тебе же известно, что она была в психушке. Она чокнутая, как и ее сестрица.

С горьким разочарованием Джек покачал головой, продолжая потихоньку приближаться к Джимми.

— Джимми Ли, ты оговариваешь прекрасную, честную женщину. Даже я вынужден делать для нее исключение.

Внезапно Джек бросился на Джимми Ли, Тот обрушил на нападавшего увесистую бутылку из-под бренди, представляя, какой урон она нанесет, но потерял равновесие.

Джек, быстрый и грациозный, как кошка, уклонился от удара и сделал захват свободной руки проповедника, вывернул ее и толкнул его лицом в неровную оштукатуренную стену. Бутылка со звоном разбилась, рассыпалась по полу на множество мелких кусочков.

— Один раз я уже посоветовал тебе оставить Лорел Чандлер в покое, — прорычал Джек Болдвину почти в самое ухо. — Джимми Ли, тебе не стоит заставлять меня повторять это дважды. В таких делах я нетерпелив.

Лицо Джимми Ли представляло месиво из крови и штукатурки, и он был уверен, что потерял по крайней мере три из своих дорогих зубов. Он проклинал Джека Бодро, придумывая тысячи способов когда-нибудь здесь один на один замучить его.

— И имей в виду, Джимми Ли, — рыкнул Джек, рывком поднимая его руку еще выше и выжимая из него стоны, — если вдруг ты доставишь ей еще какое-нибудь беспокойство, то я сдеру с тебя твою шкуру и использую ее как наживку для речных раков.

В последний раз он пнул его слабее, затем отступил назад и вытер свои ладони о бедра. Болдвин стоял, все еще уткнувшись в стену и согнувшись вдвое, и потирал поврежденную руку.