— Я выключила радио, чтобы она не слышала,-едва слышно проговорила Саванна. Она сидела сбоку на диване со спинкой из верблюжьей шерсти, скрестив ноги и наклонившись к тетке.

— Не услышала чего? — осторожно спросила Лорел. Обе женщины вздрогнули от неожиданности и взглянули на Лорел удивленно-виноватыми глазами. Однако лицо Саванны мгновенно приняло раздраженное, выражение.

— Тебе нужно было бы, по крайней мере, еще минут Двадцать потратить на то, чтобы собраться,-сказала она сердито.-Так и вышло бы, если бы ты потрудилась подкраситься и уложить волосы.

— Слишком жарко, чтобы возиться с косметикой, — отрезала Лорел, тоже начиная раздражаться.-И мне наплевать на свою прическу,-добавила она, тем не менее подняв автоматически руку, чтобы убрать несколько влажных прядей за уши.-Так чего я не должна была услышать?

Тетя и сестра обменялись взглядами, которые только еще больше рассердили ее.

— Кое-что в новостях, дорогая,-ответила Каролина, ерзая в кресле. Она медленно и осторожно поправляла широкую юбку своего черно-белого платья, как будто ничто другое ее в этот момент не интересовало.

— Нам казалось, зачем тебя расстраивать лишний раз без необходимости, вот и все.

Лорел сложила руки на груди и остановилась около камина из белого мрамора.

— Не такая я слабонервная, чтобы беречь меня от того, что передают в новостях, Я не душевнобольная, чтобы сойти с ума от любой мелочи.

Уже произнося эти слова, она почувствовала, чт.о говорит неправду. Так как приехала сюда, чтобы ее именно оберегали. Только вчера она была сильно расстроена и подавлена спором с мелким пьянчужкой о какой-то ничтожной собаке. Лорел действительно была еще очень слаба. Она поежилась от этой мысли.

— Конечно, мы так не думаем, Лорел,-сказала Каролина, вставая с кресла с грацией и достоинством королевы. Ее темные глаза смотрели спокойно, выражение ее лица было обычным, открытым, без признаков жалости к племяннице.-Ты приехала сюда отдохнуть и расслабиться. Мы просто считаем, что достичь этого будет легче, если ты останешься в стороне от обсуждений всех этих убийств. — Убийств?

— Четыре за последние восемнадцать месяцев. Молодые женщины… сомнительной репутации… найдены задушенными на болоте в четырех разных округах — не в Парту, слава Богу.

Она сообщала информацию кратко, без лишних деталей. Теперь, когда они выпустили «кота из мешка», Каролина не видела смысла кружить вокруг да около, отделываясь намеками и отговорками. Бесспорно, ее племянница вела дела и похуже в должности судебного прокурора. Но с другой стороны, Каролина не видела необходимости описывать в подробностях мучения, которым подверглись жертвы, как это делалось в газетах. Она просто надеялась, что это дело не привлечет внимание Лорел. Уехав из округа Скотт из-за сложившейся там ситуации, ей совсем не обязательно вникать в другое горячее дело, в котором замешаны секс и насилие.

— Все в Акадиане?-спросила Лорел, сузив территорию до тех округов, которые составляли Французский Треугольник Луизианы.

— Да.

— Кого-нибудь подозревают?-Вопрос был задан таким тоном, как— если бы она справлялась о чьем-нибудь здоровье.

— Нет.

— Тебя это не касается, Малышка, — резко сказала Саванна. Она поднялась с дивана и направилась к ней. Она была рассержена, но этот факт никак не отразился на ее манере ходить, покачивая бедрами.-Ты не полицейский, и ты не прокурор, и эти девушки умерли даже не здесь, так что выбрось все из головы. Слышишь?

Лорел едва удержалась, чтобы не сказать Саванне, что она не ее мать, чтобы так с ней разговаривать, но прикусила язык. Как нелепо бы это прозвучало. Саванна во многом была ей больше, чем мать, и уж во всяком случае неизмеримо больше, чем Вивиан.