– Гаррет почти совсем не говорил со мной о ребенке, – грустно призналась она.

Мудрая женщина ответила ей.

– Дитя – дело будущего, а сейчас герцога больше заботит мать ребенка. Он поместил тебя туда, где тебе и надлежит быть…

Оставшись наконец одна, Сабина вскочила с постели и прошла в гардеробную, совмещенную со спальней. Она сняла с деревянной вешалки камзол Гаррета из зеленого бархата и прижалась щекой к мягкой ткани. Всем сердцем она желала, чтобы между ними вспыхнула та же любовь, которая была в Париже.

Слуга проводил Гаррета в столовую, где завтракал Стивен.

– Ты голоден? – спросил Стивен, приглашая друга к столу. – Попробуй этого лосося – он великолепен.

Гаррет отказался от еды.

– Я уже собирался домой, когда получил твое послание.

Стивен откинулся на стуле, внимательно разглядывая Гаррета.

– Я рад, что ты так быстро откликнулся.

– Ты писал, что дело не терпит отлагательств.

– Мне она никогда не нравилась, но я не мог представить себе подобное воплощение зла в человеке. Она дошла до крайней точки.

– Стивен, скажешь ли ты мне, в чем дело, или будешь бормотать что-то непонятное, – с раздражением сказал Гаррет.

– Я говорю о Евгении. Я рассчитывал, что она проглотит обиду и смирится с твоим уходом, как было раньше в подобных случаях, но она прямо вцепилась в тебя. Я слышал про сцену, которую она устроила во дворце. Все в Лондоне только об этом и говорят.

Гаррет пожал плечами:

– Все это вздор. Надеюсь, ты пригласил меня к себе не для разговора о своей мачехе?

Стивен глотнул из чашки ароматный чай и вытер губы салфеткой.

– Я постараюсь рассказать тебе, если ты прекратишь меня перебивать, что Евгения призналась мне…

– В чем?

– В сообщничестве с Гортландом. Она дала твоему кузену деньги, чтобы тот нанял убийц для налета на замок Вудбридж. Если послушать ее, то получается так, что Гортланд обманул ее, одел своих людей в твои ливреи и тем самым подставил тебя. Она же только хотела расправиться с твоей женой, чтобы ты стал свободным и мог жениться на ней.

– Боже! Я не могу в это поверить! – воскликнул Гаррет. Одна только мысль сразу пронзила его мозг – необходимо сейчас же мчаться к Сабине.

– Тебе придется проглотить эту ужасную истину. Евгения приложила руку к трагедии в Вудбридже. Час назад мы с ней расстались, после того как она исповедалась мне во всем. Я не хочу повторять те угрозы, что она обрушила на твою голову. Потом она, как безумная, выбежала из дома и вскочила в карету. Я не смог остановить ее.

– Теперь мне все стало ясно. – Гаррет на мгновение закрыл глаза, погрузившись в тяжелые для него воспоминания. – Когда я был в Тауэре, архиепископ поведал мне, что сообщницей кузена Гортланда была какая-то женщина. Я ни в чем не подозревал Евгению – я и сейчас не могу понять, как она могла пойти на такое злодеяние.

– Евгения опасна, Гаррет. Она хочет отомстить тебе, но не прямо… Ее коварству нет предела… Жертвой будешь скорее всего не ты, а Пламенная, прости за оговорку, Гаррет… Жертвой будет Сабина.

– Я еще раньше отправлю эту гадину в ад! – поклялся Гаррет.

– Не сомневаюсь, она туда попадет… со временем. Меня волнует то, что я не знаю, где моя мачеха сейчас. Я послал своего человека ей вдогонку, но она бесследно исчезла.

Гаррет встал, выпрямился во весь рост.

– Черт ее побери! Меня ее участь мало заботит. Я не вспоминал о ней, пока она вчера не устроила мне безобразную сцену под носом у самого короля.