Сабина не могла поверить, что он уступил ей.

– Я пошлю за отцом Сантини завтра же. Спасибо, Гаррет.

Он сдавил ее руку чуть выше локтя.

– Если б все твои желания, Сабина, так легко исполнялись! Но запомни, я разрешил только крещение. Я не потерплю, чтобы в дальнейшем католические патеры шныряли по Волчьему Логову.

Сабина понимала, как трудно далась Гаррету эта уступка. Поэтому она решила не настаивать пока на большем.

– Все будет так, как мы договорились.

В благодарность она потянулась к нему, прижалась губами к его колючей щеке. Гаррет глубоко вдохнул ее сладкий аромат.

– Сабина! Я уложил тебя в свою постель, чтобы успокоить, но если ты будешь продолжать вести себя так же, как сейчас, я решусь и на кое-что другое.

Несмотря на его грозное предупреждение, она прижалась к нему теперь уже бедрами. Его участившееся горячее дыхание обжигало ее.

– Ты искушаешь меня или просто стараешься свести с ума? – Его вопрос остался безответным.

Гаррет обхватил ее руками, поднял, положил на себя. Их тела вздрагивали, изнывая от сладкой мучительной боли.

– Ты этого хочешь? – спросил он, все яростнее лаская ее.

– Да, – ответила Сабина, прерывисто вздыхая, и предложила ему полураскрытые губы для поцелуя.

– Больше я не буду задавать никаких вопросов. Ты хочешь меня, я – тебя, этого достаточно.

Она издала лишь тихий стон, когда Гаррет перекатил ее вниз на спину, раздвинул ей ноги и вошел в нее. В этот момент Сабине показалось, что все его огромное разгоряченное мужское тело вошло в ее лоно.

Его уста ласкали и терзали ее уста, его тело подчинило ритму своих движений ее трепещущую плоть. Он невнятно бормотал ее имя, на мгновение отрываясь от ее губ. И все-таки она чувствовала в нем какую-то сдержанность, он не отдавался целиком страсти, опасаясь как-то повредить ей.

– Гаррет! Гаррет! – Она искала подходящие слова. – Мне не будет больно. Я уже оправилась после родов.

И он не стал сдерживать своего желания и вошел в нее еще глубже, и она смело встретила его напор. Движения их слились в одной общей гармонии. Сабина знала, что с ними происходит нечто необычное. Не плотское желание владело ими – это была любовь, жажда полностью отдать себя во власть любимого существа.

Гаррет не отдавал себе отчета, почему он вдруг назвал ее совсем иным именем.

– Пламенная! Я обладаю тобой, наконец-то ты моя!

Ее ладони исступленно гладили напряженные мышцы на его спине. Ее ответ на его выкрик прозвучал почему-то по-французски:

– Да! Да! Я твоя! Ты мой!

Волна страсти подняла их на самый верх, потом опустила. После опьяняющей бури наступил сладостный штиль. Теперь объятия и ласки вносили покой в их сердца. Отдышавшись, Гаррет сказал:

– С этих пор ты никогда не будешь спать отдельно от меня.

– Никогда, – с готовностью согласилась Сабина.

– И твои ночные кошмары я запру на замок. Они не будут тебя больше мучить.

– Спасибо, мой любимый Гаррет, – прошептала она, засыпая.

Гаррет же долго не мог заснуть. Сегодня ночью Сабина сама, по своей воле, пришла и отдала себя всю. Но что будет завтра? Что таится в этой прекрасной, словно точеной, головке, увенчанной короной золотых волос?

Гаррет не присутствовал на обряде крещения, да Сабина и не ждала от него этого. Маленькая Райана заплакала, когда отец Сантини окропил ее святой водой. Тайни же при церемонии откровенно скучал. Зато у Сабины словно гора свалилась с плеч. Бессмертные души ее детей уже вне опасности. Она мысленно не раз за эти дни благодарила Гаррета за позволение совершить обряд крещения.

Жизнь Сабины вновь пошла по накатанной колее.