Гаррет посмотрел на королевскую ложу.

– Я могу понять ее положение. Ей приходится отвечать взаимностью этому щеголю. Ведь она находится под его покровительством, а значит, и целиком в его власти.

– Нет, это не так, Гаррет. Зачем ей король, когда ее обожают больше, чем короля? После каждого представления ей дарят роскошные букеты, в которые вложены драгоценности. Однажды влюбленный в нее датский принц предложил приобрести для нее дворец. Она оставляет себе цветы, а все подарки с извинениями возвращает обратно щедрым дарителям.

– Ты уже утомил меня восхвалениями этой столь достойной особы. Тебя-то самого удовлетворяет роль всего лишь ее друга? Я как-то не представляю тебя в подобной роли.

– Сегодня вечером ты побываешь в ее доме, в тесном кругу избранных. Радуйся такой возможности. И это произойдет именно потому, что я ее верный, преданный друг.

Изабель отогнула уголок занавески и разглядела вереницу карет, выстроившихся по всей улице Габриэль. В Париже она поселилась вместе с Сабиной и Ричардом. Наконец-то она обрела то, о чем мечтала, – семью и дом.

– Сабина! Кажется, что весь Париж пожаловал сегодня к нам. Обрадует ли это Мари?

– Конечно. Особенно, если сам король Людовик почтит своим присутствием наше жилище. А я думаю, что это произойдет.

Изабель вернулась к Сабине и принялась зашнуровывать на ней платье. Это был пышный наряд с широкими белоснежными лентами из атласа, обильно украшенный жемчугом на груди и рукавах. Высокий воротник достаточно скромно прикрывал шею, с которой спадал на золотой цепочке драгоценный материнский медальон, выкупленный Жаком по поручению Сабины у добросердечного ювелира из Дувра.

– Пожалуйста, Изабель, спускайся вниз и встречай гостей, а я загляну к Ричарду пожелать ему спокойной ночи.

Старуха кивнула.

– Только не оставляй меня надолго одну в обществе столь красивых молодых людей… Они явились, чтобы увидеть тебя, а не мою сморщенную физиономию.

Сабина в последний раз оглядела свою прическу.

– Больше всех радуется празднику Мари. Она волнуется, как ребенок.

Сабина вышла из гардеробной и направилась в комнату Ричарда. Свернувшись калачиком на постели, он читал при свете одинокой свечи массивный фолиант. Сабина забрала у него книгу и взглянула на заглавие – «История Англии».

– Это так интересно! – воскликнул он. Его глаза горели от возбуждения. – Оказывается, я и так много знаю про нашу Англию. И многое помню.

Она улыбнулась и присела рядом на краешек кровати.

– Ты был так мал, когда мы покинули страну. Вряд ли у тебя сохранились какие-то воспоминания.

– Запахи! Например, запах дождя весенним утром. Или вид холмов, покрытых цветами. А еще запах конюшни и кожаной сбруи…

В девять лет Ричард рос очень быстро и становился все более похожим на своего отца. Во всяком случае внешне, а не по характеру. Он не был суров и настойчив, как его отец. В нем, наоборот, ощущались мягкость, доброта и открытость всем радостям жизни. Можно было только пожалеть, что он проводит столько времени в уединении, без друзей и свойственных мальчикам его возраста развлечений.

Сердце Сабины больно защемило, когда он произнес печально:

– Я пытался вспомнить, как выглядел мой отец, но его облик так неясен, так зыбок.