— Прежде всего я хочу познакомить вас с Микофобией, — сказал Аманитус.

Они вошли в круглое помещение, стены которого от пола до потолка закрывали книги. Вилл чуть не задохнулась от пыли и чихнула с такой силой, что с головы слетела шляпа. Воздух пропитался специфическим запахом — так могли пахнуть только старые фолианты. На середине приставной лесенки стояла худая женщина, с трудом удерживавшая в одной руке целую стопку книг. Она носила маленькую красную шляпку. Выбивавшиеся из-под нее волосы были еще жестче, чем у Аманитуса. Женщина быстро и ловко спустилась со стремянки и поспешила к новоприбывшим.

— А вот и вы, — сказала она, сурово поглядев на девочек поверх угловатых очков. — Что ж, приветствую вас, несмотря на то что вы опоздали. Не думаю, что навести в этой стране порядок еще возможно. Скоро мы с Аманитусом закончим переделывать книги, и тогда ничто больше не удержит нас в здравом уме.

— Не говорите так! — запротестовала Тарани. — Еще не всё потеряно!

— О… Ну ладно, посмотрим, — пробормотала Микофобия.

Она внезапно развернулась и метнулась вверх по лестнице, проворная, словно белка. Там, наверху, она потянулась за очень старой на вид синей книжкой. Снова спустившись, она раскрыла фолиант. Тарани и Вилл, к своему изумлению, обнаружили, что это была не настоящая книга, а замаскированная коробка, полная вырезок.

— Каждая пятая книга здесь — это деревянный муляж, ящик, — объяснил Аманитус. — Внутри мы храним всё, что подлежит уничтожению. Самые страшные, скучные и жалостливые истории. Войны, волнения и скорбь…

Он рассказал, что они с Микофобией собирались вклеить страницы обратно, как только наступят подходящие времена. Ведь разве можно построить счастливое будущее, если не знать об ошибках прошлого?

— Всё зло и вся боль мира не перестанут существовать только оттого, что мы станем закрывать на них глаза! — добавил человечек.

— Здесь у нас вырезки из книжки о Пламени Чистоты, — сказала Микофобия. — Вот откуда мы узнали о вас, Стражницы. Но сегодня, Аманитус, я наткнулась на кое-что еще. — Женщина провела узловатым пальцем вдоль строк. — Ага, вот оно: «…и королева видела в Пламени Чистоты все дни до единого. Это причиняло ей сильную боль, ведь она читала в будущем не только хорошее, но и плохое, однако ее страдания окупались сторицей, ведь видения разоблачали любые заговоры и замыслы врагов». Я начинаю подозревать, что сейчас мы как раз и имеем дело с иноземными врагами, — заключила Микофобия, подняв глаза. — Неприятель проник в наши ряды, скрывается среди нас. Но как его распознать?

Аманитус снял шляпу и почесал кудлатую макушку. А потом, нахмурившись, покачал головой.

— Понятия не имею. Но, возможно, ты права. Впрочем, мы уже сделали что могли: призвали Огненную Стражницу. Теперь всё зависит только от нее.

Микофобия окинула Тарани критическим взглядом поверх очков, но промолчала. Лишь кивнула и вернулась к чтению.

Аманитусу нужно было подготовиться к декламации стихов на празднике, так что две его племянницы оказались предоставлены сами себе. Он велел им быть поосторожнее, не забывать улыбаться, не сходить с протоптанной дороги и во время пира садиться за праздничный стол, только когда позовут.

Покинув наконец библиотечную башню, девочки испытали облегчение. Высоко в небесах сияло солнце, стоял один из тех ясных, прозрачных, погожих дней, какие порой выпадают в первой половине осени.