— В моем мире найдется очень немного людей, способных финансировать такой проект, — сказал Гриффин. — И очень вероятно, что есть всего один человек, который также может иметь личную заинтересованность в такого рода паранормальном вооружении.

Калеб вяло улыбнулся:

— Вы хотите сказать, всего один, кроме вас?

— Да. — Гриффин посмотрел на него. — Похоже, Латтрел нарушил Перемирие. Это наводит на мысль, что произошло нечто такое, отчего у него появилась уверенность, что теперь он в состоянии напасть на меня.

Люсинда была явно озадачена.

— Какое перемирие?

Калеб не отвел взгляда от Гриффина.

— Полагаю, мистер Уинтерс имеет в виду Перемирие, заключенное на Крейгейтском кладбище.

Гриффин усмехнулся.

— Я вижу, агентство «Джонс и Джонс» лучше знакомо с политикой в моем мире, чем я мог предполагать.

— В вашем мире вы — легенда, — просто сказал Калеб. — И Крейгейтское перемирие — тоже. А у легенд есть такое свойство, что они становятся известными даже людям из другого мира. — Он нахмурился. — Вы уверены, что Латтрел обладает паранормальными способностями?

— Я в этом не сомневаюсь, — сказал Гриффин. — Мне доводилось иметь кое-какие дела с этим человеком. А по какой другой причине Скотленд-Ярд никогда не мог подобраться к нему близко, как вы думаете?

— По той же, по которой он не смог установить личность директора Консорциума, — сказал Калеб. Он посмотрел на Люсинду. — Дорогая, видишь, что происходит, когда мужчины с паранормальными способностями становятся преступниками?

— Да, действительно, — сказала Люсинда. — Они замечательно хороши в этом деле.

Гриффин вежливо ждал, словно этот разговор между мужем и женой его нисколько не интересовал. Наконец Калеб снова повернулся к нему.

— Ну, Уинтерс, вы поможете нам найти Бэзила Халси?

— Халси меня не особенно интересует, — сказал Гриффин, — но совершенно ясно, что мне придется что-то предпринимать по поводу Латтрела. А в данный момент эти проблемы, кажется, связаны между собой.

— Как вы предполагаете остановить Латтрела? — спросил Калеб. Он выглядел восхищенным. — По общему мнению, его организация уступает по мощи только вашей собственной.

Гриффин посмотрел в окно на окутанный туманом парк и сказал:

— Отрежьте змее голову, и она умрет.

Глава 37

— Гриффин, я умоляю тебя, поверить не могу, что ты добровольно вызвался уничтожить для агентства «Джонс и Джонс» Латтрела и всю его организацию! — воскликнула Аделаида.

— Я делаю это не для того, чтобы сделать одолжение «Аркейну». Послав тех двоих похитить тебя, Латтрел нарушил Перемирие.

Был второй час ночи. Они ехали в экипаже без опознавательных знаков, которым Гриффин пользовался для передвижений по Лондону. На козлах сидел Джед. Свет полной луны, рассеиваясь в густом тумане, придавал ему холодное зловещее свечение, которое напомнило Гриффину Горящую Лампу. Он почувствовал, как короткие волоски у него на затылке встают дыбом.

Первый серьезный отклик пришел всего лишь через день после того, как Гриффин распространил в криминальном мире свое предложение. Но Гриффин знал, что часы неумолимо тикают, и очень скоро слухи дойдут до Латтрела.

— Латтрел, конечно, будет готов к твоему нападению, — сказала Аделаида. — Ты ведь всего один человек, а не армия.

— Иногда один может сделать то, чего не может сделать армия.