ГЛАВА 6

До заседания Великого Совета оставалось три тревожных дня, и все эти дни Ломбар Хисст не давал нам ни минуты передышки. Ежечасно и ежеминутно административная верхушка Аппарата терялась в догадках: что именно ждет нас — пытки или расстрел, а может быть, нас расстреляют, сначала подвергнув пыткам? Трудно было угадать, будет все это проделано Ломбаром Хисстом или же имперским правительством после падения Ломбара. Сам же начальник Аппарата координированной информации то часами предавался мрачным раздумьям, то вдруг преисполнялся кипучей энергией и начинал ракетой носиться по управлению, костеря всех и каждого, требуя срочно организовать ему еще одну встречу с Эндоу — лордом-попечителем внешних связей.

Однажды даже собственной персоной явился к нам в управление лорд Эндоу. Мне уже случалось видеть его, но на значительном расстоянии, и должен сказать, что при близком рассмотрении он не произвел на меня никакого впечатления. Он уже давно впал в детство, и поэтому рядом с ним всегда находилась медицинская сестра, главной обязанностью которой было постоянно вытирать у него с подбородка слюни. Необычайно толстый, ростом он был вдвое ниже Ломбара. Временами он был способен выражаться весьма ясно, но потом сознание его рассеивалось, и он начинал пороть полную чепуху. На пост свой он попал благодаря тому, что состоял в каком-то весьма отдаленном родстве с третьей женой покойного императора, а когда Клинг Гордый унаследовал трон, то он просто оставил его на этом месте.

Страсть Эндоу к привлекательным юношам уже давно получила скандальную известность, и все относились к нему с едва скрываемым презрением. Сейчас, когда ему до меня не дотянуться, я могу сказать это совершенно откровенно: только воля Ломбара и сила его организации позволяли Эндоу удерживаться у власти.

Во время последнего визита он бестолково метался по кабинету, пока Ломбар устраивал ему разнос. Мне даже стало жалко старика, когда Ломбар показал ему фотографии некоторых недавних казней. Старикашка чуть было не грохнулся в обморок, и я уже раздумывал, что будет с ним, когда Ломбар покажет ему самые последние фотографии, на которых были запечатлены греховные похождения Эндоу с хорошеньким молодым астронавтом. Однако лордпо-печитель и без того согласился сыграть заданную ему роль и тщательно заучить нужный текст.

И вот наконец наступил день заседания Великого Совета. Мы тронулись в путь задолго до рассвета — Эндоу с медицинской сестрой, Ломбар, два чиновника Аппарата и я собственной персоной. Ехали мы в аэролимузине Эндоу.

Я понимаю, что вам трудно будет в это поверить, но и до того дня ни разу не бывал во Дворцовом городе. Ведь курсантские подразделения Академии каждый год допускаются туда на парады. Не говоря уже о том, что по заведенному порядку курсантов-новобранцев всегда представляют императору — если, конечно, стояние навытяжку в строю из десяти тысяч человек перед троном может означать «быть представленным императору». Но как-то так получилось, и при этом не по чьему-то злому умыслу, что каждый раз, когда выпадал такой день, мне вкатывали наряд за низкую успеваемость, и я выпадал из списка. Поэтому мне так и не довелось принять участие в торжественных церемониях.

Дворцовый город приводит в волнение многих. И на меня он произвел довольно сильное впечатление своими круглыми зданиями, круглыми парками, вытянутыми окружностями изгородей. Причем все это раз в семь крупнее, чем в обычных городах, и поражает масштабами. Мне доводилось слышать, что город этот до вторжения волтарианских сил служил столицей, населявшей планету расы, но после захвата подвергся стольким перестройкам и усовершенствованиям, что теперь уже почти невозможно отыскать в его облике следы тех давно прошедших времен. Я же думаю, что скорее всего город был просто разрушен до основания, а на его месте построен новый.