— А пока для тебя главное — успокоиться, — говорил Ботч. — Вот тебе платок и высморкай нос. Ты ведь размазал пудру по лицу и вообще — потекла вся краска. — Кто-то шумно высморкался. — Вот и молодец! — И голос Ботча зазвучал поделовому: — Здесь пакет с ничего не стоящей информацией. Точно такие же бумаги пойдут к Хиссту обычным путем. А этот пакет — смотри, я кладу его в сумку для секретных бумаг — ты отнесёшь прямо к лорду Эндоу, в его приемную. Но не показывай его содержимого секретарю лорда. Настаивай на том, что вручишь его лично лорду Эндоу в приватной обстановке. Тебя обыщут на предмет наличия оружия — пожалуйста, не ломайся во время обыска, — а затем пропустят к нему. Лорд Эндоу сам вскроет сумку для секретных бумаг. Он сразу же поймет, что информация эта бросовая, и спросит у тебя, зачем тебе понадобилось свидание с ним. И тогда ты скажешь, что увидел его на последнем параде, когда он ехал верхом, и тебя поразила в самое сердце любовь к нему с первого взгляда.

Вновь послышались бормотание и всхлипывания. Наконец голос Тик-Така проговорил:

Я слышал, что он такой большой!

Верно, бедняжка, я тоже слышал. Поэтому возьми с собой эту мазь. А теперь беги, пока этот невообразимый (…) не придумал для тебя чего-нибудь похуже!

Честно говоря, я был шокирован. Ведь Ботча могли посадить в тюрьму только за то, что он осмелился назвать лорда невообразимым (…)! Но тут сразу требуется отметить и хорошую для меня сторону. Ботч уже стал проводить в жизнь мой проект. Я поднялся со своего места, я даже готов был выйти к Ботчу и сказать, что очень доволен тем, как он изменил свое отношение к служебному долгу, но вдруг услышал его яростный вопль и грязные ругательства.

Да, такого набора площадной брани мне не случалось слышать даже в среде космических пиратов! Но самым страшным для меня было то, что тираду свою он завершил словами: «…я вызову бригаду из отдела служебных расследований, и пусть они установят, что именно произошло с этим шкафчиком для бульона!»

Вот тебе и раз! Я, оказывается, забыл запереть его. Некоторое время я даже подумывал, а не воспользоваться ли мне новым путем отхода. Но силы мои были подкреплены горячим бульоном и сухариком. Ранний завтрак здорово поддержал меня, и это давало на дежду выстоять в борьбе. Я как ни в чем не бывало вышел и прошествовал мимо открытого шкафчика с подогревом для бульона.

— Не найдется ли у вас лишнего баллончика с бульоном? — поинтересовался я как бы невзначай.

Ботч стоял у открытой дверцы и молча смотрел на меня. Я вышел на улицу. У меня осталось впечатление, что он заподозрил, что я причастен к пропаже.

Разбудив успевшего снова заснуть водителя, я приказал ему лететь к ангарам Аппарата. Я еще не знал тогда, что путь мой направляют самые мрачные божества — исчадия глухих лесных дебрей, приносящие людям сплошные беды. Отпущенное мне время сжалось до предела. Вернее, истекло.

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ

ГЛАВА 1

В ангаре жизнь била ключом.

Мы прилетели туда как раз в тот момент, когда прибывали бригады рабочих. Куда ни глянь — повсюду сновали расторопные парни. Одетые в спецовки и комбинезоны цвета своих компаний, они карабкались по лесам и носились туда-сюда с чрезвычайно деловым видом. Картина олицетворяла собой предприимчивость и деловитость, какой никогда не приходится наблюдать в службах Аппарата.

Хеллера я нигде не видел. На смену заступил полувзвод дневной охраны, а значит, графиня Крэк уже успела уйти. После того как я едва не столкнулся с каким-то здоровенным работягой, а несколько обгонявших меня ребят чуть не сбили меня с ног, а особенно после того, как я чуть было не попал под транспортную тележку, мне пришлось выбрать себе место в сторонке.