Мне случалось видеть искаженные яростью лица, но то, что предстало тогда моим глазам, било все рекорды. А тут еще какой-то молодой офицер, прыгая через несколько ступенек, несся ко мне по лестнице, держа в руках тяжелую спортивную биту. Самый крупный из них, стоявший всего в трех футах от меня, скомандовал: «Взять его!»

В Аппарате нас отлично тренируют. Буквально в то же мгновение я оказался вне пределов досягаемости. Одним прыжком я взлетел на стойку и швырнул кассовый аппарат в лицо первому же из на падавших. Тут же спрыгнув со стойки, я присел за ней и резко отпрыгнул в сторону, подгоняемый яростным ревом почти дюжины молодых глоток. Схватив попавшийся под руку стул, я запустил его в преследователей. Они тоже перемахнули через стойку подобно прибойной волне.

Справа оказалась какая-то дверь, и я, ужом проскользнув в нее, очутился в просторном холле. Я прикинул свои шансы добраться до главного входа. Но офицеры, как я заметил, все прибывали, а больше всего их неслось со стороны спортивного стадиона.

Следует сказать совершенно объективно, я с достоинством вел эту операцию стратегического отступления. Я метал в них тарелки и подносы. Я прыгал между расставленными повсюду стульями и опрокидывал их, создавая дополнительные препятствия для пресле дователей. Я даже швырял в них вазоны с цветами, усыпав все кругом землей и черепками. Но мне удалось продержаться так долго только потому, что желающих добраться до меня было слишком уж много Они постоянно, сталкивались и мешали друг другу. Постепенно меня, однако, загоняли в угол.

Я предпринял последнюю отчаянную попытку вспрыгнуть на эстраду для оркестра, но могучий атлет мощным броском швырнул меня вниз, и я с грохотом свалился на пол. Вы, наверное, думаете, что, схватив, они просто держали меня, чтоб я не вырвался и не убежал, и по очереди задавали мне вопросы, как этого и следовало бы ожидать от молодых и хорошо воспитанных людей. О, как жестоко вы ошибаетесь! Они тут же принялись пинать меня. Правда, большинство из них, к счастью, оказалось в спортивных тапочках или вообще босиком — иначе они просто запинали бы меня на смерть.

Наконец один из них кое-как оттеснил от меня остальных. Он был, пожалуй, самым крупным из всех, и я по глупости решил было даже, что он хочет спасти меня. Но он лишь рывком поставил меня на ноги и тут же со страшной силой грохнул спиной о стену.

— Где Хеллер? — заорал он мне прямо в лицо. Клянусь, от такого крика могли полопаться барабанные перепонки.

Но он не стал ждать ответа. Сжав огромный кулак, он что было сил ударил меня в челюсть. И я потерял сознание.

В лицо мне плеснули ледяной водой. Очнувшись, я увидел, что лежу на полу.

— Дайтека его мне! — выкрикнул еще кто-то, и теперь уже другой парень рывком поставил меня на ноги и грохнул спиной о стену. — Где Хеллер? — заорал он точно так же.

И прежде чем я собрался с мыслями, он, размахнувшись, нанес мне удар в солнечное сплетение. От боли меня переломило буквально пополам, и, падая без чувств на пол, я успел подумать, что этим молодым джентльменам неплохо было бы взять пару уроков по технике ведения допросов. На меня снова обрушился град пинков.

Не могу точно сказать, сколько времени это продолжалось. Откудато издалека донесся чей-то голос. Тон его явно был командным. Видимо, среди офицеров нашелся все-таки старший по званию.

— Порядок! Прошу соблюдать порядок! Что он натворил?

В ответ послышался нестройный хор множества голосов. Однако пинки прекратились, и пауза затянулась настолько, что я даже стал понемногу соображать.

— Посадите его в то кресло! — произнес все тот же голос команд ным тоном.