Следующая машина была окружена контейнерами с жидкостью и почти целиком состояла из сложнейшей путаницы трубок и ремней, предназначенных для закрепления пациента в нужном положении. Она была сконструирована так, чтобы тело можно было попеременно то замораживать, то поджаривать. Температурные шоковые перегрузки создавались с целью избавления от излишнего жира, однако и ее я чаще всего встречал в камерах пыток. Хеллер приоткрыл один из контейнеров, заглянул внутрь и, с сомнением покачав головой, двинулся дальше. Графиня Крэк мед ленно поворачивала голову, следя за ним, и теперь мне уже просто не было видно выражение ее глаз. Впрочем, скорее всего они ничего не выражали. Я не имел ни малейшего представления о том, что она предпримет. В прошлом графиня уже трижды доказала, что не только способна убить человека, но и не замедлит использовать эту свою способность при случае.

А Хеллер тем временем осматривал новую машину. Главным здесь был целый пучок проводов с электродами, которые внедрялись в различные части неподвижно закрепленного на операционном столе тела. Беднягу, привязанного к столу, можно было подвергать электрошоку колоссальной силы, одновременно высвечивая перед ним на экране заданные изображения. Хеллер отворил дверцу, прикрывающую трансформатор, и порылся немного в его проводке Потом двинулся дальше, не позаботившись даже снова закрыть дверцу.

Графиня Крэк продолжала стоять на месте, медленно поворачиваясь теперь уже всем корпусом. Очередной машиной, заинтересовав шей Хеллера, было устройство с огромными наушниками, которые плотно налагались на голову пытаемого. Через них подавались звуковые волны. Звук использовался переменный — машина то включалась, то выключалась. Я был хорошо знаком с действием этой, да и многих других машин, поскольку точно такие же модели имелись у нас в комнатах для ведения допросов. Конечно, их можно было называть и “тренажерами”, однако несомненно одно — все они могли причинять страшную боль. Хеллер поиграл выключателями и, по жимая плечами, двинулся дальше. Да, в этом зале действительно было на что посмотреть. Одни машины поражали человека на расстоянии световым лучом, другие подвергали тело его мощнейшему электроволновому душу, были и такие, о действии которых я не имел даже представления. Однако Хеллер, повидимому, утратил к ним интерес.

Что же касается графини Крэк, то она его отнюдь не утратила, по крайней мере к Хеллеру. За это время она уже успела развернуться так, что сейчас я видел ее только со спины. На платформе рядом с ней стоял стул, и она оперлась рукой о высокую спинку. Сперва мне показалось, что она собирается швырнуть этот стул в Хеллера или в меня, но она продолжала спокойно стоять.

Хеллер, совершенно не замечая ни следящих за ним глаз, ни грозящей ему опасности, поднялся на тренировочную площадку в дальнем конце зала. Внимание его теперь переключилось на спортивные снаряды. На пути у него оказался большой, туго набитый мешок, весом не менее пятидесяти фунтов, предназначенный для тренировок акробатов в поднятии партнера. Он лениво поднял его и, сильно толкнув, заставил вертеться на пальце волчком. Потом небрежно отбросил мешок в сторону и огляделся. По залу было развешено несколько колец, канаты от которых сходились на потолке в центре зала. Одно такое кольцо было закреплено на крюке, вбитом в дальнюю стену зала. Хеллер легко подпрыгнул, снял кольцо с крюка и, не опускаясь на землю, сильно качнулся. Похоже было, что он предпочел этот вид «транспорта» для возвращения к нам. Примерно в тридцати футах от нас он прямо на лету прогнулся и сделал полный оборот, удерживая кольцо одной рукой. Техника его была великолепна. Футах в десяти от нас он отпустил кольцо и приземлился на носки примерно в трех футах от графини Крэк.