— Эта планета и в самом деле сука, сэр. — Вокруг не прекращалась пальба, рвались гранаты, выкрикивались отрывистые приказы — и на этом фоне медики продолжали подносить раненых, а солдаты выстраивать оцепление. Ванг покачал головой. — Такое чувство, будто сражаешься со своими, сэр. Этот мерзавец Малик обучил их всем нашим трюкам.

— Он получит свое, — угрюмо пообещал Стелл, от всей души надеясь, что так оно и будет. — Вы чертовски хорошо поработали, майор. А теперь я сменю вас. Медслужба! — Двое медиков спустились в воронку, и Стелл указал им на Ванга. — Отнесите его в безопасное место.

— Есть, сэр! — дружно ответили они.

Он повернулся к Вангу, чтобы попрощаться с ним, но тот потерял сознание.

Леди Альманда Кансе-Джоунс переводила взгляд с боевого дисплея на Малика и обратно. Приходилось признать, что по большей части он действовал очень умело. Она уже почти час наблюдала за тем, как он отдавал приказы. Людей он, конечно, не щадил, но в остальном справлялся со своим делом хорошо. И все же, к несчастью, недостаточно хорошо. Он этого пока не понимал — в отличие от нее. Приземление второй волны солдат бригады в корне меняло ситуацию. При надлежащем руководстве они вскоре преодолеют сопротивление охраны и захватят административный корпус. А то, что с руководством у них все в порядке, сомнений не вызывало. Она просчиталась: Стеллу удалось выжить Думая об этом, Альманда испытывала бессильную злобу. И хуже всего было то, что председатель Олин уже покинул планету на маленьком скоростном корабле. И вместе с ним исчез ее шанс получить свободу. Даже если они сумеют нанести поражение бригаде, такого фиаско ей никогда не простят.

С пылающим от ярости лицом Малик выкрикивал по ком-связи приказы, по всякому ничтожному поводу устраивая своим людям разнос. Глядя на него из-под ресниц, Альманда думала об оскорблении, которое он ей нанес. И она стерпела, в надежде на… то, чему не суждено сбыться. Эта мысль заставила подскочить напряжение в некоторых ее контурах. В ответ крошечные энергетические импульсы протестировали поступивший сигнал и вернулись в мозг. Он подтвердил, что такая реакция полностью соответствует обстоятельствам, и дал приказ усилить ее. Постепенно охватившее Альманду чувство нарастало, возмущение сменилось негодованием, потом гневом, потом яростью и, наконец, бешенством. О, это было восхитительное чувство! Она не стала вмешиваться, когда активировались и другие участки программы.

Стелл приложил бинокль к глазам и навел на резкость. Административный комплекс мгновенно приблизился и заполнил весь видоискатель. Стелл нажал кнопку дальномера, и в центре изображения возникло белое пятнышко. Поворачивая колесико на боку прибора, он заставил пятнышко двигаться; каждый раз, когда оно останавливалось на каком-нибудь предмете, в нижней части видоискателя появлялось число, соответствующее расстоянию до него. Стелл почти не сомневался, что энергетическая пушка спрятана в разрушенном здании на расстоянии около тысячи ярдов. Его догадка подтвердилась, когда оттуда вырвался смертоносный голубой луч и уперся в насыпь примерно в ста ярдах справа от него. Сначала поднялось белое облако — это испарялась содержащаяся в почве вода. Потом сама насыпь начала плавиться и потекла. Внезапно она и вовсе исчезла, открыв удару голубого копья двух прячущихся за ней солдат. Возникла короткая вспышка, и люди исчезли, точно и не было. Не успел оставшийся от них пепел упасть на землю, как пушка начала поворачиваться, выбирая новую цель.

Стелл выругался и опустил бинокль. Они застряли тут, на расстоянии примерно двух тысяч ярдов от административного комплекса, и именно эта энергетическая пушка не давала продвигаться вперед. Такова была расплата за то, что он отослал все тяжелые орудия домой с транспортниками.