Понимая, что и впрямь нуждается в такого рода «защитнике», Марла жалела лишь о том, что Ренн не подыскал кого-нибудь поприличнее. У Кэпа были бегающие глазки и большой красный нос. А как от него воняло! Кэп клялся и божился, что когда-то командовал космическим грузовым судном. И хотя у него сохранились рваные обноски, вроде бы напоминающие форменную одежду, и он без конца пересказывал старые космические байки, Марла была убеждена, что Кэп не отличит гипердрайв от кофеварки. Но стоил этот пьяница недорого, всего лишь бутылку виски в день, а она нуждалась в сопровождающем.

Так они и двигались — Марла впереди, все время подгоняя Кэпа, чтобы он не отставал, а Кэп сзади, ворча и ругаясь.

До космопорта они добирались на общественном транспорте и собственных ногах — и все ради того, что Ренн называл «экономией бюджета». Не слишком-то приятно, конечно, но Марла понимала, что Ренн прав. Их единственная скудно обставленная комната стоила сотню империалов в день. Может, жизнь на Земле ценилась и невысоко, но жить на ней стоило очень даже недешево.

Пространство вокруг космопорта представляло собой скопище уродливых зданий, которое военные именовали «боевой зоной». В целом, однако, такие районы теперь были не типичны для Земли. К этому времени безобразные индустриальные комплексы и окружающее их убожество уже давным-давно перекочевали на другие планеты. Очищенные от мусора, ухоженные имперские земли украшали скульптуры и обширные зеленые парки; в общем, ничто не оскорбляло взгляд. Ничто — за исключением небольших кварталов, окружающих космопорты.

Примером тому мог служить западный космопорт. Так же как и древние морские порты, любой космопорт быстро становился центром коммерции, местом, где шла бойкая купля-продажа и где меньше всего заботились о красоте и порядке. Космопорты были необходимым злом, воротами, через которые в Империю поступало богатство, а все ненужное выбрасывалось прочь. Здесь между рейсами останавливались космолетчики, чтобы, как когда-то до них моряки, попытаться ухватить глоточек-другой доступного счастья. В «боевой зоне» можно было найти удовольствия и развлечения на любой вкус, законные и не поощряемые законом, самые что ни на есть невинные и грозящие обернуться большими неприятностями. Здесь имелось множество баров, рассчитанных главным образом на космолетчиков, навигаторов и морских пехотинцев, игровые залы, бордели, заведения, где торговали наркотиками и оружием, рестораны, магазины и вообще почти все, о чем только может мечтать человек, жаждущий приключений.

Среди этих поставщиков «радостей» жизни был и Силиконовый клуб — убежище для киборгов.

Когда они добрались до запутанного лабиринта «боевой зоны», у Марлы возникло ощущение, будто она вернулась домой. В прежние, не самые лучшие свои времена ее частенько так и тянуло сюда. Здесь она могла быть самой собой, здесь люди не обращались с ней как с выродком, потому что сами были не лучше, пусть и на иной лад. В других заведениях на Земле болтающаяся без дела киберсобака вызывала только косые взгляды, а здесь Марле всюду были рады, лишь бы денежки платила.

Мало что изменилось с тех пор, как она была тут в последний раз. Ну, несколько старых баров закрылись, и на их месте появились новые. Ну, часть одного из кварталов переместилась на уровень вниз из-за недавнего крушения шаттла. Однако в целом это была все та же зона. По-прежнему всюду горели яркие огни, по-прежнему «фараоны» так и зыркали взглядами по сторонам, роботы-торговцы по-прежнему с надоедливым энтузиазмом пытались всучить свой товар, и воняло тут по-прежнему как из бочки с отбросами. Но какая-то часть Марлы — может быть, не лишенная некоторой доли порочности — по-прежнему любила все это.