Кэп тоже не был в зоне новичком.

— К чему так торопиться? — проворчал он. — Пора промочить горло.

— Сейчас, сейчас, — пообещала Марла, оглядываясь. — Но только одну порцию, а иначе лишишься своей ежедневной бутылки.

— Подумать только, что я вынужден терпеть, — печально пробормотал Кэп. — Я, когда-то командовавший собственным кораблем!

— Заткнись. Мы пришли.

Они оказались перед безликой стальной дверью, лишенной каких-либо надписей или других указателей, которые могли бы подсказывать, что за ней находится. Вы либо знаете, что там, либо нет. И если нет, то вам нечего делать внутри. Марла приложила лапу к черной идентификационной пластине рядом с дверью и замерла в ожидании. Она знала, что сейчас сложное оборудование проверяет ее статус киборга.

Установленная над дверью большая камера наблюдения с жужжанием повернулась, уставившись на нее. Единственный немигающий глаз камеры слегка приоткрылся. Одна из задач камеры состояла в том, чтобы производить на клиентов пугающее впечатление, и это ей удавалось очень даже неплохо.

— Приветствую вас, — голос, казалось, исходил сразу отовсюду. Камера, жужжа, обратилась в сторону Кэпа. — А это что за биотело?

— Мой спутник.

Последовала пауза. Камера наклонилась, оглядывая Кэпа с головы до пят.

— Не сочтите за оскорбление, но это… в качестве спутника…

— Вы собираетесь впустить меня или нет? — раздраженно спросила Марла.

— Все в порядке. Не перегружайте зря свои контуры. Послышалось громкое клацанье, дверь с шипением открылась. Марла повернулась к Кэпу:

— Иди ты первым.

— Почему это? — его глазки подозрительно забегали.

— Потому что я так велю.

— Не пойду. Я, между прочим, знаю, что тут такое. Магазин, где покупают тела.

Кэп имел в виду подпольные заведения, где у нуждающихся скупали органы, а потом перепродавали их биобанкам.

— Да успокойся ты, — ответила Марла. — Кому, к чертям, может понадобиться твое старье? Не говоря уж о том, что обещанная выпивка ждет тебя внутри.

Кэп больше не колебался ни секунды. Марла тут же последовала за ним.

Как и в большинстве баров, здесь было темно, но, в отличие от них, тихо, как в могиле, — ни смеха, ни непристойных шуток, ни громкой музыки. Те, кто приходил сюда, не нуждались в компании.

Хотя редкий человек на Земле не имел протезов того или иного типа, никто по собственной воле не становился киборгом в полном смысле этого слова — если был в здравом уме, конечно. Как и Марла, большинство были вынуждены согласиться на такую трансформацию потому, что у них просто не было выбора. Некоторые родились со столь ужасными уродствами, что любое тело казалось более предпочтительным, чем их собственное, другие сбежали в шкуру киборга из умирающего тела, и лишь немногие, совсем крошечное меньшинство, добровольно отказывались от своих тел, не имея столь серьезных причин.

Тот, кого разыскивала Марла, принадлежал как раз к числу этих последних.

Ввиду раннего времени в помещении было почти пусто. Клиенты занимали мрачные кабины, тянувшиеся в ряд вдоль трех стен. В каждой кабине была установлена сложная панель, подключившись к которой можно отдохнуть и расслабиться на свой вкус.