Рейчел забыла, что находится в объятиях врага. Она не испытывала стыда, прижимаясь к его сильному телу. Каждое прикосновение Ноубла пробуждало в ней все новые, неведомые до сих пор ощущения. Где-то в потаенном уголке сознания тихий голос предупреждал ее: «Ты попалась в ловушку, дурочка! Он разобьет твое сердце!» – «Нет! – мысленно отвечала Рейчел. – Это он в ловушке! Я заставлю его любить меня, а потом сама разобью ему сердце!»

Вода приятно холодила кожу, отгоняя всякие мысли о сопротивлении. Рейчел со стоном откинулась назад, чувствуя, как его рука скользит между ее бедрами…

Никто из них не слышал выстрела, но пуля попала в грудь Рейчел, вырвав ее из объятий Ноубла. Она почувствовала острую боль, которую сменила страшная слабость. Попытавшись ухватиться за Ноубла, Рейчел скользнула вниз, и вода сомкнулась над ее головой. Выплыть на поверхность не хватало сил – она не сомневалась, что пойдет ко дну.

Ноубл подумал, что Рейчел затеяла какую-то новую игру, но она слишком долго не появлялась на поверхности. Тогда он нырнул следом, схватил ее за плечи и потянул наверх. Он понял, что произошло, только когда увидел кровь, сочащуюся у нее из груди. Во время войны Ноубл достаточно насмотрелся на пулевые ранения, чтобы сообразить, что в Рейчел стреляли. Но кто и почему?..

Рейчел отчаянно боролась с окутывающим ее мраком. Она пыталась сосредоточиться, но была слишком слаба.

– Зачем ты это сделал, Ноубл? – пробормотала она, склонив голову ему на плечо, и потеряла сознание.

Подняв ее, Ноубл двинулся к берегу, напрягая зрение и слух. Стрелявший в Рейчел, возможно, прячется поблизости. Даже услышав удаляющийся стук лошадиных копыт, он не был убежден, что опасность миновала.

Выйдя на берег, Ноубл осторожно положил Рейчел на траву, прикрыв ее наготу своей рубашкой. Девушка выглядела такой бледной, что он опасался за ее жизнь. Чтобы спасти ее, нужно было действовать быстро – она теряла слишком много крови. Но что за негодяй мог стрелять в нее?!

В Ноубле пробудились первобытные инстинкты. На войне он не раз убивал и сам видел смерть, но зрелище крови Рейчел, стекающей на траву, приводило его в ярость. Он жаждал отомстить тому, кто сделал это.

Ноубл окинул взглядом деревья у реки, но никого не заметил. Ладно, это подождет… Сейчас главное – помочь Рейчел. Быстро осмотрев ее, он нахмурился – рана была скверной. Еще никогда Ноубл не чувствовал себя таким беспомощным. Он не был врачом, но знал, что Рейчел может умереть, если срочно не принять меры. Быстро надев брюки, он опустился на колени рядом с Рейчел. Она лежала неподвижно, но Ноубл немного успокоился, увидев, что ее грудь чуть заметно поднимается и опускается.

Пуля застряла совсем недалеко от сердца. Оторвав длинную полосу ткани от своей рубашки, Ноубл туго обмотал ею грудь девушки, стараясь действовать осторожнее, чтобы не усилить кровотечения.

Потом он набросил на Рейчел рубашку, поднял ее и положил поперек седла. Продев ногу в стремя, он вскочил на лошадь и пустил ее вперед шагом. Сначала Ноубл хотел поскакать галопом, чтобы быстрее помочь Рейчел, но здравый смысл побуждал его избегать резких движений. Он медленно ехал в сторону дома, молясь, чтобы Рейчел не умерла.

Солнце склонилось к горизонту, одевая все вокруг зловещим багряным саваном, когда Ноубл наконец добрался до своей гасиенды. Посмотрев на Рейчел, он увидел свежую кровь, просачивающуюся сквозь повязку. Она все еще была без сознания – ресницы неподвижно покоились на бледных щеках.

Ноубл спешился, осторожно снял Рейчел с седла и направился к дому. Навстречу ему выбежал Алехандро, на его смуглом лице была написана тревога, а в глазах светился немой вопрос. Распахнув дверь перед Ноублом, он последовал за ним внутрь.