– Повернитесь, сеньор, только без резких движений. Я не буду испытывать угрызений совести, если мне придется убить вас.

Ноубл поднял руки и медленно повернулся. На его губах заиграла улыбка, когда он увидел Алехандро Саласара. Представители трех поколений семьи Саласар носили звание старшего вакеро в Каса дель Соль. Звание это принадлежало Алехандро столько времени, сколько Ноубл себя помнил.

– Неужели ты застрелишь меня, Алехандро? – спросил он.

Изумление и недоверие на морщинистом лице старика сменились радостью. Алехандро был высоким и худощавым, его волосы и усы совсем поседели, но глаза оставались блестящими и почти черными.

– Сеньор Ноубл! Слава богу, вы наконец вернулись!

– Хорошо же ты меня встречаешь, Алехандро, – отозвался Ноубл. – Не возражаешь, если я опущу руки?

В глазах старика блеснули слезы.

– Я ждал вас каждый день, хозяин, и никогда не переставал надеяться, что вы вернетесь.

Ноубл положил руку на плечо Алехандро, словно боялся не устоять под тяжестью слов, которые старик мог сейчас произнести. Слов, подтверждающих то, что он подозревал и во что не хотел верить. Старший вакеро никогда не назвал бы его хозяином, будь отец жив.

– Где мой отец и моя сестра? – собравшись с духом, спросил Ноубл.

Алехандро печально покачал головой:

– Должен с прискорбием известить вас, что ваш отец скончался два месяца назад. Он долго болел. – Старый вакеро вытер слезу со щеки. – Ему так хотелось дожить до вашего возвращения, но он был слишком слаб. Можно считать благом, что все его страдания в прошлом.

Горе сжало сердце Ноубла. Ему понадобилось время, чтобы вновь обрести дар речи:

– Ты был с ним до конца?

– Да, хозяин.

Угрызения совести обожгли Ноубла, словно внутри у него притаилась ядовитая змея. Это ему следовало быть с отцом в его последние дни! Но он был слишком поглощен собственными неприятностями.

– Отец спрашивал обо мне?

– Каждый день, пока его ум был ясен. А потом он разговаривал только с вашей доброй матушкой, как будто видел ее рядом. Мне бы хотелось верить, что они сейчас вместе.

– А моя сестра?

– Когда ваш отец заболел, он отослал сеньориту Сабер к вашей двоюродной бабушке в Джорджию. Сеньорита умоляла его разрешить ей остаться, но он не позволил. Хорошо, что она не видела его кончины. Это разбило бы ей сердце.

Ноубл пытался представить себе повзрослевшую Сабер. Она осталась его единственной родственницей, и ему хотелось как можно скорее увидеть ее.

– За сеньоритой Сабер нужно послать, хозяин, – сказал Алехандро, словно читая мысли Ноубла. – Это ее дом, и она нуждается в вас.

– Она знает, что отец… умер? – Ноубл с трудом заставил себя выговорить это слово.

– Да, хозяин. Сеньорита Сабер будет счастлива увидеть вас. Она не хотела уезжать, боясь, что вы вернетесь в ее отсутствие.

– Ты прав – Сабер должна вернуться. Я отправлю письмо моей двоюродной бабушке Эллен с просьбой подготовить ее к отъезду. Но сначала нужно навести здесь порядок. – Ноубл окинул взглядом комнату. – Похоже, воры забрали все, что не смогли уничтожить. Как я могу позволить ей вернуться, когда дом в таком виде? Сначала я должен сделать его пригодным для жилья.

Алехандро улыбнулся:

– Не волнуйтесь, хозяин, грабители не смогли забрать все. Когда ваш отец слег, он велел мне спрятать все ценное. Большая часть мебели на сеновале и в общежитии для работников.

– А мамин рояль?

Ноубл не знал, почему рояль так важен для него, хотя в доме было много куда более ценных вещей.