Рейчел слышала эти аргументы и раньше, и они ее нисколько не трогали. Сегодня она тем более была не в настроении выслушивать нотации. Подойдя к противоположному окну, Рейчел распахнула и его, чтобы создать в помещении хотя бы подобие сквозняка.

– Мне действительно приходится много ездить верхом – такое большое ранчо, как «Сломанная шпора», не может существовать само по себе. Папа оставил его на мою ответственность, и если то, как я одеваюсь, оскорбляет твоего мужа, меня это не заботит.

Делия зевнула и потянулась.

– Уит по-прежнему хочет снять с тебя эту ответственность, но тебе ведь надо обязательно делать все самой. Посмотри на себя – ты смуглая, как индианка; еще темнее Уинны Мей!

Рейчел села на кровать рядом с сестрой. Конечно, Делия с ее золотистыми волосами, кремовой кожей, большими голубыми глазами и унаследованной от матери стройной миниатюрной фигуркой была необычайно красива. Рядом с ней Рейчел чувствовала себя неуклюжей, но она любила сестру и нисколько ей не завидовала.

– Если бы только я могла заставить тебя понять, какие чувства я испытываю к ранчо, Делия! Папа вложил всю свою душу в «Сломанную шпору», они с мамой похоронены здесь. Это мой дом, и я никому его не продам – даже твоему мужу.

Делия нахмурилась:

– Никогда не прощу папе то, что он оставил ранчо тебе. Такого унижения мы с Уитом просто не можем перенести.

– Папа знал, как ты ненавидишь ранчо и как я люблю его. Он оставил тебе городской дом – который ты, кстати, тут же продала, – и много другого имущества. Помню, что, когда прочитали его завещание, ты была вполне довольна.

– Возможно, но с тех пор Уит убедил меня, что «Сломанная шпора» – настоящая драгоценность. Ты отлично знаешь, Рейчел, что папа любил тебя куда больше, чем меня. Вот почему он оставил тебе ранчо.

Рейчел вдруг стало жалко сестру, которая иногда выглядела настоящим ребенком, нуждающимся в заботе и ласке. Их отец никогда не скрывал, что Рейчел была его любимицей.

– Ты же знаешь, этот дом всегда будет твоим, Делия. Ты можешь приезжать сюда, когда захочешь, и жить здесь, сколько тебе угодно.

Выражение лица Делии стало жестким.

– Меня возмущает твое упрямство, Рейчел! Неужели тебе не хочется освободиться от утомительной обязанности содержать ранчо таких размеров? Только подумай – ты могла бы поехать, куда пожелаешь! Ты всегда говорила, что хочешь путешествовать. Продав ранчо, ты сможешь побывать в Сан-Франциско или поехать в Остин и пожить у нас. Ты такая красавица и произвела бы там настоящий фурор! У тебя появилась бы куча ухажеров…

– Пойми, Делия, я не хочу уезжать отсюда. Если бы я продала «Сломанную шпору» Уиту, это было бы то же самое, что продать своих предков, продать папу. А я этого никогда не сделаю.

Делия схватила сестру за плечи и горячо воскликнула:

– Перестань думать о мертвых, Рейчел!

– Никогда!

Увидев гнев в зеленых глазах сестры, Делия отпустила ее. Огненный темперамент Рейчел был под стать ее рыжим волосам. Делия понимала: провоцировать сестру неразумно, если она надеется когда-нибудь убедить ее продать ранчо.

– Как ты можешь даже предлагать такое? – продолжала Рейчел. – Я не успокоюсь, пока убийца папы не отправится на тот свет! – Спрыгнув с кровати, она подошла к окну и бросила через плечо: – Кстати, он вернулся.

– Кто? – озадаченно спросила Делия.

– Ноубл Винсенте.

3

Делия вскочила, чувствуя, как колотится ее сердце.