— Я хотел сделать это с той минуты, как заметил тебя в зале.

Она вздрогнула, когда он потянулся к ней губами, но ее тело все еще было в ловушке его крепких рук. Места в ее груди хватило лишь на короткий отчаянный вдох, и Маруся не смогла приказать своему мозгу остановиться. Она потянулась навстречу почти инстинктивно, опьяненная шампанским и резким приливом адреналина. И тогда их поцелуй стал совершенно неизбежен.

Ладонь Виктора оказалась на ее затылке как раз в нужный момент, он притянул ее голову ближе и жадно поцеловал.

Ладони Маруси нервно припали к его груди, но не оттолкнули от себя, потому что по ее телу уже неслась вихрем приятная дрожь. Она не могла не заметить, как на мгновение перед тем, как закрыться, вспыхнули глаза Виктора. В них было так много чувств, что стало неловко. Там был ураган эмоций: от невыносимой, неизвестно откуда взявшейся, печали до пылкой и дерзкой страсти.

Девушка подняла ладони выше и завела ему за шею, вплела пальцы в волосы, ощутила их мягкость. Она закрыла глаза и отдалась ощущениям, позволила сильнее разгореться пламени, захватывающему каждый сантиметр кожи. Ей нравилось гореть в его объятиях, пылать от решительных прикосновений его рук, нравился вкус его губ и тот жар, который собирался внизу живота от сумасшедшего, болезненного огня, рождающегося от его ласк.

Это было головокружительно, ярко и чувственно.

Незабываемо.

А еще рискованно, потому что девушка понятия не имела, с кем целовалась на крыше высотки без верхней одежды в такой трескучий мороз.

Но выяснилось всё очень быстро.

— Пора. — С трудом оторвавшись от ее губ, задыхаясь, проговорил Виктор. Скользнул ладонями по ее лицу, еще раз нежно коснулся губ и посмотрел в глаза. — Пора идти, пока меня не хватились.

Он взял ее за руку и потащил к выходу с крыши.

— Кто тебя должен хватиться? — Воскликнула Маруся, чувствуя, как губы горят на ветру.

Виктор открыл дверь и пропустил ее вперед.

— Жена. — Сказал тихо.

Маруся уже ступила на первую ступеньку, когда эти слова ударили ее словно хлыстом.

— Кто? — Вдруг ей послышалось.

Но новый знакомый тяжело вздохнул и виновато опустил плечи:

— Жена. — Он закрыл дверь, и они оказались в полутьме лестничного пролета. — Мы с ней давно не… В общем, это сложно…

— У тебя есть жена? — Маруся одернула платье.

— Так вышло.

Ее начало знобить. Заметив, что она дрожит, Виктор подошел ближе, но наткнулся на ее ладонь.

— Не подходи. — Девушка развернулась и бросилась вниз по лестнице.

Ее лицо все еще горело от страстного поцелуя, сердце стучало, как бешеное, а тело еще помнило трепет его прикосновений.

— Прости! — Донесся до нее вздох сожаления.

Но Маруся не ответила. На негнущихся ногах она вернулась в зал.

— Ну, наконец-то. — Обрадовалась Марго. — Думала, ты заблудилась! — Она протянула девушке бокал, и та залпом его выпила. — Ого, ничего себе жажда. — Усмехнулась. — Что-то стряслось, пока меня не было?

Но Маруся решила не рассказывать. Ей было стыдно. Она закрыла глаза, обдумывая произошедшее и тихо ненавидя себя. Перевернутое с ног на голову сознание орало: «О чем ты только думала?».

— Потанцуем? — Предложила Марго.

— Нет. Я, пожалуй, поеду домой. — Выдавила Еникеева.

Всё было ошибкой. Это платье, этот прием, этот мужчина!

— Брось! Идем. — Напарница взяла ее за руку и повела за собой.