Теперь ящик Кочеткова казался даже наряднее остальных, так как стал чуть светлее. Рабочий же поставил новый замок и вручил Лельке ключи. Затем с законной гордостью осмотрел дело своих рук и проворчал:

—Интересно, в этот раз надолго хватит?

—Вы о чем?—робко поинтересовалась Лелька.

—Да о паразите, что тут орудует.

Мужичок всмотрелся в Лелькино лицо, и увиденное, наверное, ему понравилось. Так как он присел на подоконник и доверительно сказал:

—Верите ли, полгода сюда хожу едва ли не через день, замки новые врезаю. Прямо хоть самолично охранником нанимайся. И парня жаль, ясно, вражина окопался под боком, это ж никаких нервов не хватит…

Он хотел было сплюнуть, но, увидев чистенький кафель, не решился. Вытащил из кармана мятый и не очень чистый носовой платок, звучно высморкался и заключил:

—Руки бы пакостнику переломать!— С тем и ушел.

А Лелька дождалась почтальона, бросила в свежекрашеный Сашин ящик рекламную газету, как наживку неизвестному изуверу, а с остальным поднялась на площадку выше и терпеливо стала ждать.

По счастью, жильцов в подъезде было немного, на пять этажей приходилось всего десять квартир. И проследить подходящих к почтовым ящикам особого труда не составляло.

Пока Лелька сидела на подоконнике и рассеянно смотрела в окошко, мимо нее спустилось вниз всего три человека да два поднялись наверх. Они звенели ключами, забирая свою почту, но ни один из них —Лелька наблюдала сверху —даже не дотронулся до Сашиного ящика.

Лелька уныло вздохнула: те, что спускались, не слепые, и прекрасно ее видели. А среди вошедших с улицы, получается, Сашиного ненавистника не было.

Она уселась поудобнее и стала вспоминать троицу, что прошла сверху. Молодую, прекрасно одетую женщину с сыном лет пяти-шести Лелька отмела сразу. Уж слишком холеными казались ее руки и высокомерным взгляд, такая ни за что не станет сама взламывать замки. Да она и простой отвертки-то в глаза не видела, Лелька просто уверена.

Тонкошеий мальчишка-подросток Лельке почему-то понравился, и она, помедлив, отбросила и его. Трудно было представить этого парнишку, выплясывающим на мятых бумагах со злобно перекошенным лицом. Хотя, может быть, Лелька и ошибалась.

А вот тощая сутулая старуха ее почему-то насторожила. Во-первых, она спустилась с четвертого этажа, Лелька слышала, как там хлопнула дверь. А значит, жила с Сашей на одной площадке, и он мог случайно как-то ее задеть. Допустим, забыл поздороваться. Или вечером слишком громко включил музыкальный центр, а за стеной находится как раз бабкина спальня. Или ей не нравилось, как Кочетков смеется, одевается, может, топает по лестнице, а она страдает мигренями...

Очень уж недобро осмотрела Лельку Сашина соседка, будто заранее подозревала в чем-то дурном. Лельке даже стало немножко не по себе, и она с преувеличенным вниманием начала рассматривать золотистую иномарку на улице.

Машина по-прежнему стояла у второго подъезда, вот только за тонированными стеклами Лелька не видела водителя. Скорее всего он ушел в дом, не топтаться же ему во дворе несколько часов кряду.

Вспомнив о прекрасном незнакомце, Лелька мечтательно улыбнулась и боковым зрением заметила, как перекосило желчную старуху. Наверное, она просто ненавидела людей. И Лелька окончательно укрепилась во мнении — такая способна на все.

С другой стороны, она прекрасно понимала – Сашу не волнуют ее предположения, ему нужны доказательства. И гарантии, что подобного больше не повторится. Иначе чего ради Кочетков заплатил ей десять тысяч?

Так что Лелька еще до прихода своего работодателя решила сменить тактику. Ей срочно понадобился помощник! Причем такой, на которого бы не обратил внимания ни один злоумышленник.