Леди Рейвен не ответила.

Вёсла дружно вспенили воду, на этот раз тормозя бег судна, поползли вниз паруса. Вдоль борта торопливо выстраивались солдаты с арбалетами, готовясь к бою пока ещё неизвестно с каким противником. Заскрипели канаты взводимых катапульт. Дилана усмехнулась — интересно, кто-то и в самом деле думает, что этой огромной массе можно причинить вред стрелой, булыжником или горшком с горящим маслом? Если этот остров живой — он и не почувствует подобной мелочи. А если не живой — то все приготовления тем более бессмысленны.

— Именно это мы и искали, — пробормотала, поёживаясь, Таша. — Осталось понять, кто кого нашёл. Знаете, леди Танжери, мне не дают покоя слова покойного капитана Текарда. Согласитесь, слишком наивно предполагать, что мы вот так, совершенно случайно, нашли этот островок. Он велик, бесспорно, но в море он — такая же крошка, как и наш корабль.

— Пока что никакого движения не видно.

— Насколько я помню записи Гайтара, в тот раз тоже не было движения. Если мы не будем высаживаться на… это, быть может, ничего и не произойдет.

— Согласитесь, это неразумно, — возразила Дилана. — Посольства, сбор экспедиции, бой с пиратами, шторм — и всё это ради того, чтобы несколько часов посмотреть на находку и отправиться в обратный путь?

— Есть лучшее предложение?

— Думаю, кому-то из матросов стоит прогуляться по этому «острову». А мы посмотрим, перекинется ли на него это пресловутое «Проклятье Тьмы», а если перекинется — то как себя проявит. Кстати, кто название придумал? Хотя, чего ещё можно было ожидать от Ордена.

— Неужели кто-то согласится? — игнорируя последнюю реплику собеседницы, ехидно поинтересовалась Таша, ничуть не сомневаясь в ответе.

— Думаете, я намерена интересоваться мнением матросов? — надменно спросила Дилана. — Когда того требуют интересы Империи, любой из них…

Окончить фразу она не успела. Дверь каюты, отведенной Бороху, распахнулась, и на пороге появился Верховный жрец собственной персоной. Его лицо, обычно спокойное, с налетом скуки, сейчас было искажено яростью. Во взгляде, стремительно обежавшем палубу и остановившемся на Дилане, волшебница прочла приговор.

Наверное, каждый из участников последующих событий допустил ряд ошибок. Юрай Борох, несомненно, мог — и должен был — воздержаться от скоропалительных поступков. Да и сама Дилана могла бы понять, что обвинение без должных доказательств вины, обвинение невысказанное, отраженное лишь во взгляде — это не более чем простое подозрение. Сумей она сдержать себя — и Борох не стал бы устраивать показательную казнь. Не посмел бы — пусть в иерархии Империи леди Танжери стояла неизмеримо ниже его, но симпатии Императора — это не пустой звук. Какие бы планы старик не вынашивал в отношении имперского трона, преждевременно ссориться с Его Величеством не следовало.

Но нервы не выдержали у обоих. Истерзанная ожиданиями, Дилана готова была увидеть остывший труп жреца, старательно придумывала аргументы в пользу своей невиновности, прикидывала, кого обвинить в убийстве (откровенно говоря, на роль жертвы идеально подошла бы леди Рейвен, если бы не её пребывание в течение последних дней в полуобморочном состоянии) — и появление Бороха на палубе полностью вывело её из равновесия.

— Убейте его! — взвизгнула она, делая шаг назад, словно стараясь до предела увеличить расстояние между собой и пылающим гневом Юраем.

Её телохранители молча бросились вперед, выхватывая мечи. Борох вскинул руки, голубой разряд хлестнул по воинам, опрокидывая двоих на палубу. «Цепная молния» — весьма эффективное заклинание, но его жертвами часто становятся не только те, против кого оно направлено — один из сполохов зацепил оказавшегося неподалёку арБавера, убив того на месте, другие дотянулись до солдат.